Татарин, спасший домик Арины Родионовны: жизнь красного командира из Башкирской бригады

Гареев Загит Ходжеевич родился 30 апреля 1896 г. в д. Верхне-Аташево Белебеевского уезда Уфимской губернии (ныне с. Верхний Аташ Чекмагушевского района Республики Башкортостан). Учился в медресе родной деревни, затем окончил 2-классное русско-башкирское училище в д. Шланлыкулево Белебеевского уезда (ныне Буздякский район Башкортостана). Жажда знаний привела молодого человека в Казань. Здесь в 1915 г. он окончил Казанскую татарскую учительскую школу.

Участие в Первой мировой войне

Сразу после окончания учительской школы юный Загит 14 августа 1915 г. был призван в армию. Полученный образовательный ценз позволил направить его в Казанское военное училище. 1 ноября 1916 г. он был выпущен из училища с первым офицерским чином прапорщика. Служил в 152-м пехотном запасном батальоне в родном Белебее, затем в запасных полках городов Златоуст и Карачев. Позднее был направлен на фронт в состав 29-го и 67-го Сибирских стрелковых полков. Здесь занимал должность временного начальника команды траншейных орудий в течение марта–октября 1917 г. На период 1 октября 1917 г. имел уже чин подпоручика. В октябре-декабре 1917 г. являлся начальником команды траншейных орудий (по выбору). На 1 февраля 1918 г. имел чин поручика.

Участие в Гражданской войне

Зимой и весной 1918 г. офицеры бывшей императорской армии были вынуждены выбирать сторону в разгорающейся Гражданской войне. 13 апреля 1918 г. Загит Ходжеевич был мобилизован в Красную армию. В Уфе он вступил в ряды боевых организаций народного вооружения. Был командиром 2-й сотни, затем батальона 3-й Уфимской боевой дружины (апрель–май 1918). Летом в составе 2-го Уфимского Советского полка участвовал в боях против частей Чехословацкого отдельного корпуса. В июне–сентябре 1918 г. был помощником инспектора оперативной части штаба полевой контрразведки при 2-й армии. Осенью 1918 г. он уже начальник оперативного отдела штаба контрразведки 2-й армии, затем помощник командира 2-го Оршанского стрелкового полка Левой группы войск Пятой армии. В 1919 г. был направлен в Народный комиссариат по военным делам Башреспублики в г. Саранск, где назначен начальником штаба Отдельной Башкирской стрелковой бригады (конец августа–конец октября 1919 г.). В составе бригады Загит Ходжеевич участвовал в обороне Петрограда в 1919 г. В начале 1920 г. бригада была поставлена на заслон российско-финляндской границы. Весной 1920 г. бригада была переброшена на латвийскую границу, штаб размещался в Святогорском монастыре, вблизи с. Михайловское (ныне Псковская область).

Спаситель дома няни А.С. Пушкина – Арины Радионовны (1758-1828)

В межвоенный период среди жителей села Пушкинские горы ходила легенда, о красном командире-калмыке. Будто бы в тревожный 1918 год, когда пылали в округе дворянские усадьбы и Михайловское тоже не избежало пожара, в село вошел красный отряд. Пламя добиралось уже до домика няни, и вот командир-калмык разогнал поджигателей и потушил пожар. Эта легенда считалась образцом народного сказового творчества.

Но абсолютно неожиданно 18 февраля 1932 г. ленинградский пушкинист Д.П. Якубович (1897-1940) получил такое письмо: «Заведующему Пушкинским домом от бывшего начальника штаба отдельной башкирской бригады Гареева Загида Ходжеевича» – так начинался этот теперь уже исторический документ. Он был составлен в форме военного рапорта. Но за сухими лаконичными фразами вставало во весь рост замечательное событие. В этом документе красный командир рассказывал, как он спас домик няни А.С. Пушкина – Арины Радионовны. Легенда оказалась правдой, с той лишь разницей, что красным командиром оказался не калмык, а татарин!

В 1930-е гг. журналисты популярнейшего советского журнала «Смена» встретились в Москве Загитом Ходжеевичем, на тот период уже полковником советской армии и попросили его рассказать о том, каким образом им был спасен домик няни. Приведем здесь этот рассказ полностью, именно так, как он и был напечатан в 9-м номере журнала за 1936 г.:

«Отгремели бои с Юденичем. Нашу башкирскую бригаду поставили на заслон финляндской границы. Весной 1920 года бригаду перебросили на латвийскую границу и штаб стал в Святогорском монастыре, вблизи Михайловского.

Пошли мы осматривать новые владения. Монахи, отощавшие, в засаленных черных рясах, семенили за мной. Перед церковной оградой на горке я заметил могильный памятник.
Спрашиваю:
- Кто похоронен? Монахи отвечают: - Пушкин.

С чем можно сравнить чувство, охватившее меня? Так остолбенеешь вдруг, встретив в самом неожиданном месте старого, давно забытого друга. Передо мной пронеслось мое детство: степной аул Верхний Ахташ, начальная школа, учительская семинария (Казанская татарская учительская школа – прим. авт.), где я с увлечением изучал произведения Пушкина.
Потом пошли войны, бои, мне было не до Пушкина, и я забыл о нем.

Я подошел к могиле. Надгробный памятник был весь исписан и испачкан. Крест кем-то украден.
- Думали, что золотой, - сказали мне монахи.

На следующий день я поехал в Михайловское.
Песчаная дорога.
Медные стволы сосен. На дворе, заросшем травой, толпился какой-то случайный народ. Угольная пыль покрывала фундамент разрушенного дома.

- Что здесь было? - спросил я.
- Дом Пушкина.
На всем лежала печать разрушения, видны были следы огня и топора.

Подошли мы к какому-то полуразрушенному срубу. Это и был домик няни – все, что сохранилось от Михайловского. Я вошел в домик. Косяки сорваны, окна и двери тоже. Поднял голову – крыши нет: сквозь стропила виднеется небо. Стены прилежно исписаны курсистками, гимназистами. Приметил я и совершенно свежие следы разрушений. Я собрал Михайловских старожилов.

- Вокруг вас лес, - сказал я им. - Зачем же вы громите здания? Знаете ли вы, кто здесь жил?
Я обязал всех круговой порукой не трогать домик няни.
С того момента судьба Михайловского не выходила у меня из головы.

В Святых горах разыскал я древнюю старушку, которая знала здешние места. Повезли мы старушку в Михайловское, чтобы она рассказала нам о любимых аллеях поэта, о том, где он бывал, как жил. Побывал я и в Тригорском, которое так любил посещать Пушкин. На железной дороге нашелся старичок-стрелочник, который когда-то служил у Осиповых. Он мне показал старинный дуб, который описан Пушкиным в «Руслане и Людмиле».

Решили мы восстановить домик няни. Но как подступиться? Ведь у нас не было никаких материалов. Поэтому я сначала ограничился тем, что часто ездил проверять, не растаскивают ли по-прежнему домик на топливо.

Как-то, в одну из таких поездок, я узнал, что в сгоревшем доме Пушкина была библиотека, растасканная по частям, и что до сих пор у окрестных крестьян можно найти многие вещи из пушкинского дома. Тогда я решил использовать старожилов. С их помощью начался сбор вещей из Михайловского дома.

Моя затея увенчалась успехом. Часть книг и вещей была собрана. Но самое замечательное было впереди.
Как-то в штаб явился человек ученого вида. Он назвал себя пушкинистом Устиновичем и попросил нас оградить Михайловское от разрушения.

- Мы делаем, что можем, - говорю я, - готовы даже реставрировать домик няни, да нет у нас для этого материалов.

И тогда Устинович положил передо мной на стол фотографии домика, его описания, зарисовки. Сейчас же я вызвал начальника саперной роты Турчанинова и дал приказ:
- Саперной роте выступить в Михайловское и восстановить домик няни.

Саперы с помощью Устиновича за неделю домик няни восстановили. Какой это был праздник для всех нас!
Политотдел бригады добился специального постановления уездного исполкома об охране домика и назначении в Михайловское сторожа.

Прошло много лет. Я окончил Академию имени Фрунзе. На 10 лет уехал в Среднюю Азию. Вернувшись в Москву, я решил, что история о том, как я спасал домик няни, может быть, представляет какой-нибудь интерес. Вот почему было написано письмо в Пушкинский дом».

Советское военное образование и дальнейшая карьера

Заложенная с детства тяга к знаниям не останавливала Загита Ходжеевича даже в условиях Гражданской войны. В 1918-1919 гг. он становится слушателем младшего курса Академии Генерального штаба РККА, при этом его учёба периодически прерывалась службой в строевых частях 7-й армии. В июне-августе 1919 г. он помощник начальника штаба бригады по оперативной части. С конца октября 1919 г. по июнь 1920 г. вновь слушатель Академии Генерального штаба РККА. В июне-октябре 1920 г. Загита Ходжеевич начальник штаба Отдельной Башкирской стрелковой бригады 7-й армии Полевого штаба Реввоенсовета Республики. В октябре 1920 г. отзывается в Академию Генерального штаба РККА. С мая 1921 г. становится заместителем народного комиссара продовольствия Автономной Советской Башкирской Республики. С осени 1921 г. занимает новую должность – представителя Башреспублики в Народном комиссариате по делам национальностей РСФСР в Москве. 23 ноября 1922 г. Загит Ходжеевич окончил полный курс обучения (2-й выпуск) в Военной Академии РККА и был причислен к Генеральному штабу.
В Государственном архиве Российской Федерации удалось найти и скопировать его собственноручно написанную анкету, периода службы представителем Башреспублики в Народном комиссариате по делам национальностей РСФСР. В ней есть интересные сведения, дополняющие его биографию, приведем ее полностью:

«Анкета вновь поступающих

1. Фамилия, имя и отчество: Гареев Загид Хаджеевич.
2. Год рождения, месяц, число: 1896 г. 17 апреля
3. Местожительство: Москва, Чистые пруды, 19
4. Место прописки: Уфим. губ. Белеб. уезда д. В. Арташ
5. Какой губ. и уезда: -
6. Образование (подробно): Слушат. доп. курса Военной Академии
7. Знает ли языки и какие: русский, татарский, турецкий.
8. Национальность: татарин.
9. Специальность: военный.
10. Состав семьи и семейное положение: женат.
11. К какой партии принадлежите: РКП (большевиков).
12. В каком Профсоюзе состоите членом и № чл. книжки: нет
13. В каком отделе принят на службу: Башпредставитель
14. На какую должность: Представитель.
15. По чьей рекомендации: Башциком.
16. Размер жалованья: 17 разр.
17. Последнее место службы: Представитель БНК продовольствия.
18. Трудовая книжка или документ, по которому прописан, и кем выдан:–

Подпись лица, дающего сведения: /подпись/»

Служба в Средней Азии

С ноября 1922 г. по 1932 г. Загит Ходжеевич на Туркестанском фронте (с июня 1926 г. в СреднеАзиатском военном округе). С декабря 1922 г. по март 1923 г. он стажировался в должности командира роты на Туркестанском фронте. С февраля 1923 г. З. Гареев командир роты в 10-м Туркестанском стрелковом полку 4-й Туркестанской стрелковой дивизии. Весной 1924 г. он уже командир батальона курсантов в составе Объединённой Среднеазиатских национальностей военной школы (г. Ташкент). С 1 февраля 1925 г. Загит Ходжеевич помощник военкома военкомата Хорезмской области. С 1926 г. занимал командные должности в Среднеазиатском военном округе, участвовал в ликвидации басмаческого движения в Средней Азии. В начале 1930-х гг. З. Гареев Начальник штаба Отдельной Узбекской сводной бригады (г. Самарканд). В 1931 г. несколько периодов являлся временно исполняющим делами командира Узбекской сводной бригады, командировался на окружные сборы (г. Ташкент). С 1932 г. Загит Ходжеевич становится преподавателем Военно-воздушной академии РККА им. Н. Е. Жуковского (г. Москва). 5 декабря 1935 г. ему было присвоено звание полковник.

В Великую Отечественную войну и в более поздний период

В период с 10 июля по 5 августа 1941 г. Загит Ходжеевич являлся начальником штаба 285-й стрелковой дивизии, формировавшейся в г. Костроме. В составе действующей армии: с начала августа по 20 октября 1941 г. участвовал в рекогносцировке оборонительных рубежей на подступах к Москве. В 1943 г. стал кандидатом военных наук. В 1944 г. З. Гареев становится начальником штаба 1-го стрелкового корпуса 43-й армии 1-го Прибалтийского фронта. В феврале–августе 1945 г. он вновь на преподавательской работе – старший преподаватель кафедры оперативной подготовки Военной академии Красной Армии им. М. В. Фрунзе. После войны продолжал службу там же, вышел в отставку 3 декабря 1954 г. В 1967 г. был еще жив, проживал в Москве. Загит Ходжеевич является автором около 40 научных трудов. Награждён орденом Ленина, 2 орденами Красного Знамени, орденом Трудового Красного Знамени Узбекской ССР (1930), орденом “Знак Почёта”, медалями.

Источники и литература:

1. Государственный архив Российской Федерации (ГА РФ). Ф.Р-1318. Оп.21. Д.380. Л.228, 232-232об.
2. Журнал «Смена». 1936. №9. С.31.
3. Офицеры Русской Императорской Армии в корпусе "красного" Генерального Штаба. Персональный состав, служебная занятость, специфика личных судеб (1918-1945 гг.): биографический справочник / Авт.-сост. В.В.Каминский. – Т.1: А-Ж. – СПб.: ИЦ "Гуманитарная Академия", 2018. С. 394.
4. Список лиц с высшим общим военным образованием состоящих на службе в Рабоче-Крестьянской Красной Армии: Составлен по данным к 1-му марта 1923 года. – Петроград: Военная тип. Штаба РККА. С.46.
5. Электронный ресурс: http://forum.patriotcenter.ru/index.php?topic=61155.0
6. Электронный ресурс: https://pamyat-naroda.ru/heroes/person-hero123884219/?ysclid=mur4fxk7el989098430