«Всю жизнь жил как Тукай — замерзая и ища тепло»: 5 фактов из жизни татарского поэта Мударриса Аглямова

«Он — дитя природы»

Мударрис Аглямов — поэт, который продолжил традиции татарской классической поэзии и обогатил её новыми формами. Он развивал национальный дух и внёс заметный вклад в татарскую литературу.

Драматург и публицист Аяз Гилязов отзывался о нём так: «Он не раскачивался в разные стороны, как камыш: с первых своих шагов он правильно наметил дорогу, по которой пойдёт, и не ошибся. Потому что он — дитя природы».
Первые шаги в литературе

В 1957 году, когда Мударрису Зуфаровичу было всего двенадцать лет, он написал стихотворение «Истәлекләр» («Воспоминания») в честь своей мамы. Татарский писатель, драматург, театральный режиссёр Рабит Батулла отметил: «С выпуском этого стихотворения в Заинске, Заинск даёт народу радостную весть — появляется новый поэт».

Мальчик родился в селе Биш Субаш (Пуст-Ашит) Заинского района и окончил Нижнебишевскую среднюю школу. Ещё во время учёбы его стихи часто публиковались на страницах большой печати. С первых же стихов его сравнивали с Хасаном Туфаном.

Сцена и признание

Также Рабит Батулла вспомнил интересные факты о нём: «Маленького роста, но был он величавым на сцене. В одно время многие мастера слова собрались и читали его работы, но кто-то не понимал их. Со сцены вышел Мударрис будто Отелло — с защитой своих стихов, Тукая и Туфана. Даһи (гений). Он сорок минут читал их, и многие были в шоке».

Через десять лет, в 1968 году, в Аккошском доме творчества Союза писателей раз в неделю собирались писатели. Хасан Туфан начал читать стихотворение. Писатели начали восхвалять, благодарить и аплодировать, просили продолжать. Но Хасан Туфан ответил, что это не его — это стихи ученика из Заинского района, села Биш Субаш — Мударриса Аглямова. Так поэт вошёл в великую татарскую поэзию.

На сцене, по словам современников, происходил великий переворот: он приподнимался, принимал облик величественного героя, его голос звучал из самых глубин души, он ревностно боролся с несправедливостью. «На сцене он хозяин, он там — падишах! На золотом троне, окружённом стихами, царит мудрый поэт» — отметил Рабит Батулла.

«Всю жизнь жил как Тукай — замерзая и ища тепло»

Татарский писатель Лябиб Лерон, который дружил и общался с поэтом, добавил: «Мударрис остался сиротой в детстве, жил в общежитии. С женой они брак официально узаконили только в последние годы жизни. Мы помогали ему в быту — помню, как заносили кровать.

Он занимался творчеством в маленькой холодной комнате. Всю жизнь жил как Тукай — замерзая и ища тепло. У него не было квартиры, не было паспорта — из-за этого он даже не мог съездить в другие республики».

Характер у него был противоречивым: он бывал серьёзным и даже злым, но мог и улыбаться; держался свободно. Лябиб Лерон вспоминал, что в нём уживались, казалось бы, несовместимые черты — суровость и мягкость, замкнутость и открытость. Эта многогранность отражалась и в стихах, где за внешней простотой скрывались глубокие мысли и неожиданные образы.

Последние годы и наследие

26 ноября 2006 года Мударриса Аглямова не стало. За десять дней до этого Лябиб Лерон взял у поэта последнее интервью. Как отмечает сам писатель, многие издания говорили и писали, что они провели предсмертное общение, но именно Лябибу Лерону довелось стать тем, кто услышал последние ответы поэта — всего за десять дней до его ухода. Он задал ему двадцать семь вопросов и получил на них полные ответы.

Также Лябиб Лерон рассказал о готовности книги памяти о поэте: статьи, истории, стихи о нём, а также его стихи, которые мало кому известны. Среди хранителей памяти — Ркаил Зайдулла, Равиль Файзуллин, Мансур Валиев и другие. Книга называется «Әкә яки Әгъләмисина», содержит пятьсот страниц. Она пока не выпущена из-за проблем с финансами. Лябиб Лерон отмечает, что в день смерти поэта, 26 ноября, может появиться возможность взять книгу в руки.

Почему же «Әгъләмисина»? В своём стихотворении Мударрис Аглямов пишет: «Вәгъдә биреп, вакыт җитеп, / Баралмасам сиңа — \"Мәгарәдә ята!\" — диген, — \"Әбүгалисина\"». Лябиб Лерон обыгрывает эту строку: в стихотворении поэт обещает прийти, но если не сможет, то скажет, что «лежит в пещере», как Абугалисина (Авиценна). Лерон создаёт пародию-параллель, отталкиваясь от этих строк.

Однако на семинаре прозвучало и осторожное предупреждение: стоит открыть все его тайны и обнажить все грани его личности — и многие отвернутся от него. Вокруг имени поэта и по сей день вьётся немало мифов: вымысел и подозрения, рождённые молвой.