Соратник и дядя Мулланура Вахитова: участник Первой мировой, офицер, банкир и карьера в Москве

«Происходил из мещан города Кунгура Пермской губернии. Вероисповедания магометанского»

В 1904-1908 гг. Набиулла Гареевич (Ахметгареевич) Вахитов учился в Казанской художественной школе и активно участвовал в творческой жизни молодой татарской интеллигенции города. В театральном кружке «Шимбә» («Суббота») выполнял обязанности оформителя таких спектаклей как «Кызганыч бала» («Бедное дитя»), «Гыйшык бәласе» («Страдания от любви») турецкого писателя Н.Кемаля, «Бичара кыз» («Бедная девочка») Г.Ильяси. Однако в дальнейшем Н.Вахитов уходит в коммерческую сферу: 1908-1910 гг. работал коммивояжером чайной фирмы Т.Д.Швецова, в 1910-1912 гг. торговым представителем в фирме российско-американской резиновой мануфактуры товарищества «Треугольник», в 1912-1915 гг. помощником бухгалтера в нефтепромышленной фирме Ш.Асадулаева в Москве.

В связи с началом Первой мировой войны он мобилизуется, однако этот период его жизни наименее известен. В справочных изданиях лишь указывается, что в 1915-1917 гг. Набиулла находился в российской армии, а в 1917 г. являлся командир 12-й мусульманской роты 95-го пехотного запасного полка.

В какой-то степени восполнить эти лакуны в его биографии позволяет обнаруженный в Российском государственном военно-историческом архиве (РГВИА) послужной список прапорщика Набиуллы Ахметгареевича Вахитова от 17 августа 1917 г. Здесь указывалось, что он родился 2 июня 1886 г. и происходил из мещан города Кунгура Пермской губернии. Вероисповедания магометанского. На момент составления послужного списка орденов и знаков отличия не имел. Выдержал испытание на звание вольноопределяющегося       2-го разряда в Испытательной комиссии Казанского учебного округа. 

Вольноопределяющиеся – в Русской императорской армии лица с образовательным цензом, поступившие добровольно, не вынимая жребия, на действительную военную службу нижними чинами.

«Принимал участие в походах и делах против Австро-Венгрии и Германии с 6 февраля 1916 г. по 11 марта 1917 г.»

Принят на военную службу Московским уездным воинским начальником 2 января 1915 г. Приказом №7 от 7 января 1915 г. назначен в 8-ю роту 99-го пехотного запасного батальона. Приказом №17 от 16 января 1916 г. отправлен в запасный воздухоплавательный батальон. Приказом №24 от 22 января 1916 г. выделен на укомплектование прикомандированной к батальону 7-й химической команды. В ночь на 1 марта 1917 г. участвовал в газовой атаке. Приказом №78 от 11 марта 1917 г. отправлен в распоряжение Заведующего школами подготовки прапорщиков пехоты в Киевском военном округе и исключен из списков команды. 18 марта 1917 г. прибыл в Управление Киевских школ подготовки прапорщиков пехоты и зачислен в Подготовительную команду (приказ №63). 14 апреля 1917 г. направлен на учебу в 4-ю Киевскую школу прапорщиков.  Приказом №144 от 15 апреля 1917 г. зачислен в списки юнкеров 1-й роты. 6 августа 1917 г. возведен в чин младшего унтер-офицера (приказ №301). Приказом Командующего войсками Киевского военного округа №1222 от 17 августа 1917 г. произведен в чин прапорщика армейской пехоты со старшинством с 17 июля 1917 г. 19 августа 1917 г. назначен в распоряжение Начальника Штаба Казанского военного округа и из школы убыл. На этом повествование о его продвижении по службе заканчивается.

4-я Киевская школа прапорщиков – это краткосрочное военно-учебное заведение, созданное для восполнения больших потерь офицерского состава армии в период Первой мировой войны. Была создана на основании приказа №571 от 25 октября 1915 г. и рассчитана на 500 человек.

Из послужного списка мы также узнаем, что со слов Набиуллы он был женат и принимал участие в походах и делах против Австро-Венгрии и Германии с 6 февраля 1916 г. по 11 марта 1917 г. Таким образом представленный документ дает нам понять, что Набиулла Вахитов не просто был мобилизован на период боевых действий, но и являлся непосредственным участником Первой мировой войны. Очевидно, что его образовательный ценз позволил Набиулле Ахметгареевичу еще будучи в нижнем чине императорской армии быть переведенным из обычной пехотной части в элитное и новое для военной науки того времени воздухоплавательное подразделение. И здесь он занял свое место в химической команде, в составе которой в ночь на 1 марта 1917 г. принял участие в химической атаке – абсолютно новом виде боевых действий, получившем распространение именно в период Первой мировой войны. Тот же образовательный ценз позволил направить его в офицерскую школу – в 4-ю Киевскую школу прапорщиков. Почему же военнослужащий с боевым опытом после получения офицерского чина, первых золотых погон прапорщика, не был отправлен обратно на фронт, а распределён в тыловую Казань? Для ответа на этот вопрос необходимо знать контекст военно-политических событий, произошедших и происходивших в стране в указанный период.

«На основании приказа начальника Генштаба от 11 октября 1917 года началась национализация (мусульманизация) трех запасных полков»

После февральской революции 1917 г. и отречения императора, все военнослужащие присягнули на верность Временному правительству. Например, 9 марта принимается приказ по Казанскому военному округу, содержавший в себе «форму присяги или клятвенного обещания на верность службы Российскому Государству», а также вариант присяги для лиц мусульманского вероисповедания. О принятии присяги на верность Временному правительству и ее религиозном характере сообщали в своих письмах и военнослужащие на фронте.

В то же время февральские события подстегнули открытое обсуждение и попытки разрешения национально-религиозных проблем исламской уммы страны. 16 марта 1917 года начал свою работу Казанский мусульманский военный комитет, где были приведены результаты опросов среди военнослужащих-мусульман. Абсолютное большинство поднятых солдатами тем составляли вопросы религиозно-национального характера: назначение в каждый полк по одному мулле, отведение в казармах специальных мест для чтения пятикратного ежедневного намаза, объявление пятницы днем отдыха для мусульман, организация отдельного питания с использованием мяса мусульманского забоя, соблюдение исламских обрядов при похоронах мусульман на фронте и т.д. При этом комитет пришел к заключению о невыполнимости этих требований без организации национальных военных формирований. Примерно в это же время среди солдат-мусульман начинает распространяться брошюра под названием «Зачем нужны татарские полки?», поднимавшая те же вопросы.  В целом проблема организации регулярных национальных военнных формирований и решение религиозных потребностей мусульман, в течение 1917 года становится одной из главных задач мусульманского движения в России.  Эта тема находит отражение и в работах русских исследователей того периода, например,   А. Тамарин в одной из своих работ вышедших в 1917 году пишет: «Единственное чего требуют мусульмане – формирование мусульманских полков со своими офицерами и духовниками. Это немногое – их законное право. Во всем остальном они – русские солдаты, на которых всегда может опереться российская республика». 

С 17 по 26 июля 1917 года в Казани проходил 1-й Всероссийский мусульманский военный съезд, главным достижением которого явилось создание Всероссийского мусульманского военного совета (Харби Шура, Вошуро), ставшего высшим политическим органом воинов-мусульман. За активное участие в подавлении мятежа генерала Л.Г. Корнилова Временное правительство в сентябре 1917 года разрешило Вошуро создавать в армии мусульманские военные формирования. 
На основании приказа начальника Генштаба от 11 октября 1917 года началась национализация (мусульманизация) трех запасных полков: 32-го (Симферополь), 95-го (Казань) и 144-го (Уфа), которые предназначались для 77-й (Юго-Западный фронт), 75-й (Западный фронт) и 13-й (Румынский фронт) пехотных дивизий.

«Татар и башкир направляли для службы в 6-й Белебеевский мусульманский стрелковый полк (Белебей) и 1-й Уральский мусульманский революционный батальон (Челябинск)»

Историк С.М. Исхаков считает, что к концу 1917 года по сведениям Вошуро существовали следующие мусульманские части: Туземный корпус, два Крымских конных полка, 1-й Мусульманский стрелковый корпус на Румынском фронте, 1-й стрелковый мусульманский полк в Оренбурге, 2-й мусульманский запасной полк (144-й) в Уфе, Текинские полки; кроме того, несколько отдельных эскадронов и многочисленные роты и батальоны.  Заканчивалось переформирование 32-го пехотного запасного полка в Симферополе, 95-го пехотного запасного полка в Казани и двух дивизий на фронте. Начата была мусульманизация полка в Москве и Елисаветполе. По другим материалам, относящимся к началу января 1918 года, кроме перечисленных воинских формирований, татар и башкир направляли для службы в 6-й Белебеевский мусульманский стрелковый полк (Белебей) и 1-й Уральский мусульманский революционный батальон (Челябинск).

Если мобилизованных в солдаты татар и башкир было огромное количество, то вот с офицерским составом из их числа были проблемы. Учитывая необходимость образовательного ценза на русском языке при поступлении даже в ускоренные офицерские курсы военных училищ, лишь очень небольшая прослойка образованных татар могла претендовать на такую привилегию. Как итог, после принципиального решения правительства сначала о создании мусульманских маршевых рот, а позже и отдельных полков, все лица татарской национальности из стен военно-учебных заведений стали поступать на комплектование национальных подразделений. А так как процесс шел параллельно и на фронте, и в тылу, то офицеры в действующей армии переводились на службу в мусульманизируемые подразделения на фронте, в тылу же новоиспеченные офицеры попадали в запасные полки, в составе которых во главе маршевых рот должны были уходить на пополнение на фронт.

Оказавшись осенью 1917 г. на службе в Казани, в том самом 95-м запасном пехотном полку новоиспеченный офицер Набиулла Вахитов неминуемо был втянут в водоворот военно-политических событий, разворачивавшихся в столице Казанской губернии. 

Военнослужащие этого полка приняли самое деятельное участие в октябрьских событиях 1917 г. Набиулла во главе одного из восставших подразделений участвовал в подавлении частей верных Временному правительству и Учредительному собранию. Как итог, 12 декабря Казанский военно-окружной комитет молодого советского правительства в регионе поддержал чаяния офицеров и солдат мусульман и переименовал полк в 95-й пехотный запасной мусульманский полк. Решение было закреплено в приказе по округу №187 от 18 декабря 1917 г. 22 декабря 1917 г. командиром полка был назначен капитан Акрам Мухамеджанович Биглов. В январе в полку числилось 10 тысяч солдат и около 30 офицеров, одним из которых и был Набиулла Вахитов. Приказом №12 по Казанскому военному округу от 8 января 1918 г. 1-й Оренбургский, 2-й Уфимский и 95-й мусульманские стрелковые полки были сведены в 1-ю отдельную мусульманскую стрелковую бригаду, управление которой формировалось при 13-й пехотной запасной бригаде в Казани.

«Участвует в разгроме «Забулачной республики», а в мае 1918 г. становится заместителем председателя Центральной мусульманской военной коллегии»

В начале 1918 г. Набиулла демобилизуется из рядов старой армии и вступает добровольцем в Рабоче-крестьянскую Красную армию, участвует в разгроме «Забулачной республики», а в мае 1918 г. становится заместителем председателя Центральной мусульманской военной коллегии. В стране разгорается Гражданская война и некогда однокурсники юнкерских училищ и школ прапорщиков, сослуживцы-офицеры одних полков Первой мировой войны становятся ярыми врагами, разрывая страну на части по идеологическим, непримиримым принципам. Вот и офицеры некогда мусульманского 95-го пехотного запасного полка Казани окажутся по разные стороны баррикад. Если Набиулла Вахитов во главе 2-го татаро-башкирского батальона будет усмирять эсеровский мятеж в Москве летом 1918 г., а позже оборонять красную Казань, то его шеф по 95-му полку Акрам Биглов наоборот станет одним из лидеров «Забулачной республики», а в 1919 г. командующим 16-м Уфимским татарским стрелковым полком армии А.В. Колчака.
 Дальнейшая судьба Набиуллы Вахитова будет тесно связана со становлением и развитием молодого советского государства. Осенью 1918 г. он вступает в РКП(б). Еще в мае 1918 г. Н.Вахитов был назначен заместителем председателя Центральной мусульманской военной коллегии. В этом качестве он принимал деятельное участие в создании национальных частей Красной Армии, читал лекции на курсах по подготовке командных кадров. Приказом политуправления Реввоенсовета республики от 1 сентября 1920 г. Набиулла Вахитов назначается председателем комиссии по упразднению Центральной мусульманской военной коллегии. После чего он переходит на работу в штаб РККА, став начальником его Восточного отдела, консультантом по восточным вопросам, помощником комиссара управления. В конце 1922 г. демобилизуется из Красной Армии и направляется в распоряжение Татарского обкома РКП(б), назначается председателем правления Татарского коммунального банка. В 1927–1929 гг. работал представителем Татарской АССР при ВЦИК РСФСР. Затем находился на руководящей хозяйственной работе в Москве. В начале 1930 г. в качестве посланца московских рабочих коммунист Набиулла Вахитов направляется в сельскую местность для помощи в проведении коллективизации, становится 1-м секретарем Чаадаевского райкома ВКП(б) Кузнецкого округа Северо-Восточной области. В этот период он заканчивает Институт Наркомата местной промышленности и далее вновь находится на ответственных хозяйственных должностях в Москве. Скончался Набиулла Вахитов там же в 1940 г.

Таким образом представленные материалы значительно уточнили биографические данные об одном из лидеров социалистического движения среди военнослужащих-мусульман в Казани Набиулле Ахметгареевиче Вахитове. Установлен факт его непосредственного участия в боевых действиях в Первой мировой войне, детализированы все аспекты прохождения военной службы в различных подразделениях императорской армии, уточнено время, место и точное название военно-учебного заведения, которое он окончил в период Первой мировой войны.

Список использованной литературы

1. Абдуллин Х.М. Офицер Набиулла Ахметгареевич Вахитов (1886–1940) – участник Первой мировой войны // Из истории и культуры народов Среднего Поволжья. 2026. Т. 16, № 1. С. 73–82. https://doi.org/10.22378/2410-0765.2026-16-1.73-82
2. Габдрафикова Л.Р., Абдуллин Х.М. Татары в годы Первой мировой войны (1914-1918 гг.): монография. Казань: Институт истории им. Ш.Марджани АН РТ, 2015. 395 с.
3. Гиззатуллин И.Г. Мусульманские военные организации (1917 – 1921). Казань: Фэн, 2002. 202 с.
4. Исхаков С.М. Российские мусульмане и революция (весна 1917 г. – лето 1918 г.). 2-е изд., испр. и доп. М.: Изд-во «Социально-политическая МЫСЛЬ», 2004. 598 с.
5. Козлова Э.А. Вахитовы (моя родословная) // Эхо веков – Гасырлар авазы. 2011. №1-2. С.290-291.
6. Миңнуллин Җ. “Татар полклары ни өчен кирәк?” // Мирас. №4. 1994. С. 114-117.
7. Насыров Т. Вахитов Н.Г. // Борцы за счастье народное. Книга вторая. Казань: Татарское книжное изд-во, 1983. С.52-55.
8. Тамарин А. Мусульмане на Руси. М.: Изд. Д. Я. Маковского,1917. 32 с.
9. Татарская энциклопедия: в 6 т. / гл. ред. М.Х. Хасанов, отв. ред. Г.С. Сабирзянов. Казань: Институт татарской энциклопедии АН РТ, 2002. Т. 1: А-В. 672 с.
10. Царская армия в период Мировой войны и Февральской революции. (Материалы к изучению истории империалистической и гражданской войны) / сост. А. Максимов, Е. Медведев, Ш. Юсупов. Под ред. А. Максимова. Казань: Татиздат, 1932. 239 с.