«Анализ мавзолея Тура-хана в Башкирии показал, что камень привезен из каменоломни Болгара»

Глава Башкирии Радий Хабиров предложил построить в Чишминском районе «Евразийский музей кочевых цивилизаций». Под этот явно политический проект руководитель региона даже подвел наукообразную базу. Якобы мавзолей Хусаин-бека в Чишминском районе построен по указанию Тамерлана, а еще щит, который нашли у Торатау, тоже принадлежал Тамерлану. «Миллиард.Татар» посчитал, что на этом фоне читателям будет интересно познакомиться с академической статьей Геннадия Гарустовича «Мусульманские мавзолеи золотоордынского периода». Ученый считает, что мавзолеи, расположенные в Башкирии, несут булгарскую традицию, а сам камень был доставлен с территории нынешнего Татарстана.


Всплеск во время хана Узбека и его сына Джанибека 

В конце XIII–XIV вв. в странах мусульманского Востока (в основном – в Иране и Средней Азии) и в южной части Восточной Европы (в пределах Улуса Джучи) происходит массовый «всплеск» строительства монументальных усыпальниц – мавзолеев (мазар, кэшэнэ, текие, гумбад, дюрбе). Данное явление стимулировалось процессом постепенной тюркизации и исламизации монгольских завоевателей. В Золотой Орде эти события были связаны с реформаторской деятельностью хана Узбека и его сына Джанибека в первой половине XIV в., положивших начало идеологическим новациям в стране. «С Узбеком связано огромное строительство. По его приказанию возводились в Сарае Берке мечети, медресе, мавзолеи, дворцы… Узбек-хан строил не только в Поволжье, но и в Крыму…».


Мавзолей Джучи-хана. Источник фото: ru.wikipedia.org


Строительство монументальных надмогильных сооружений в Золотой Орде (Ак-Орде) началось еще до официального принятия мусульманской религии властями великой державы. С началом целенаправленной политики исламизации языческого населения Улуса Джучи мавзолеи широко использовались ханской администрацией в деле монументальной пропаганды на просторах открытой степи, где усыпальницы были основным видом мусульманских культовых построек. В качестве примера рассмотрим строительные особенности золотоордынского города Шехр ал-Джедид (Старый Орхей, Оргеевский р-н Молдовы) на р. Реут. Авторы раскопок отмечают: «Интересен ...тот факт, что из всех монументальных сооружений Шехр ал-Джедида лишь усыпальницы-мазары были построены из красного плоского кирпича, а остальные же сооружения – из местного известнякового камня. Использование при строительстве мавзолеев только кирпичной кладки подтверждают и материалы раскопок двух мазаров XIV в., открытых в 25 км севернее Шехр ал-Джедида у с. Бравичены Оргеевского р-на». По нашему мнению, здесь мы видим пример того, что по приказу ханской администрации рассылались специальные бригады строителей мавзолеев в разные концы империи. 

Булгарская и среднеазиатская школы 

В Приуралье появились зодчие из Булгара, работающие с камнем, а в степной части региона трудились кирпичных дел мастера, профессиональные умения которых основаны на среднеазиатских строительных традициях. Наличие в регионе примеров намеренной подготовки песчано-суглинковых площадок (т.н. «подушек») по периметру строений говорит о том, что мастера учились своему ремеслу в сейсмически активных областях. Они строили на Южном Урале так, как у себя в Хорезме, хотя у нас и не бывает землетрясений. Примером постепенной адаптации приезжих специалистов к местным условиям можно считать усиление фундаментов в усыпальницах региона. В Средней Азии глубокие и широкие фундаменты придавали излишнюю жесткость постройкам, что лишь мешало в случае землетрясения. Скажем, многокамерный мавзолей Ходжа Ахмеда Ясови в Южно-Казахстанской области (г. Туркестан) практически не имел фундамента. А в регионе Урало-Поволжья массивное и крепкое основание способствовало сохранности усыпальниц. Все виды мавзолеев Волго-Уральского региона принадлежат к культовой архитектуре XIV века и несут в себе черты, отличающие зодчество Улуса Джучи как целостное явление. Вот как об этом писал Г.А. Федоров-Давыдов: «Монументальная архитектура городов Золотой Орды развивалась в соответствии с общим направлением мусульманского культового зодчества Средней Азии и Закавказья». Однако существование общего вектора развития мусульманской культовой архитектуры в пределах Ак-Орды, Улуса Чагатая и государства Хулагуидов вовсе не исключает наличие локальных вариантов – территориальных архитектурно-строительных школ зодчества. В этом плане Волго-Уральский регион является показательной территорией, поскольку именно здесь фиксируются постройки сразу двух школ зодчества Золотой Орды, которые мы называем «булгарской» и «среднеазиатской периферийной». Строения двух этих школ зодчества легко различаются между собой, поскольку к «булгарской» школе относятся каменные мавзолеи, а к «среднеазиатской периферийной» школе – строения из обожженного квадратного кирпича. К тому же все каменные усыпальницы локализуются в лесостепной зоне, а кирпичные – в глубинах открытой степи. 

Мавзолеи в Башкирии 


Мавзолей Хусейн-бека, расположен на юговосточной окраине пос. Чишмы.
Чишминский р-н Республики Башкортостан. Фото И.Ф. Ихсанова
Источник фото: админ.татаровед.рф


Каменные мавзолеи лесостепной зоны. Больше всего каменных построек «булгарской школы» выявлено на территории города Болгара в Татарстане (мавзолеи у Ханской усыпальницы, «Восточный» («Церковь св. Николая»), «Северный» («Монастырский погреб»), «Мавзолей у сельской школы» и др.). 

Еще одна компактная группа трех кэшэнэ из белого камня высится в центре современного Башкортостана (Чишминский р-н РБ). Мавзолей Тура-хана расположен на вершине горы, близ дер. Нижние Термы, на левом берегу р. Слак. Основание усыпальницы имеет квадратную форму 6,6х6,59 м. Но с восточной стороны (со стороны входа) пристроен своеобразный портал в виде сводчатого тамбура высотой 3,4 м, примыкающего к массиву стен фасада. Основной четверик стен на высоте 3,2 м переходит в восьмигранный барабан. Удвоение граней достигнуто посредством особых «скошенных» (или «сельджукских») тромпов. Приземистый барабан на высоте 3,7 м увенчан восьмигранным пирамидальным куполом. Мавзолей построен из «дикого» (лишь слегка подтесанного) светлого известняка, на известковом растворе. Купол возведен из более легкой породы – вулканического туфа. Толщина стен 1,07–1,12 м. С запада и юга в стенах прорезаны оконные проемы с арочным завершением. Погребальная камера перекрыта еще и внутренним сферическим куполом. В процессе шурфовки внутри здания кэшэнэ в 1975 г. выявлены остатки двух захоронений с западной ориентировкой, в деревянном гробу–табуте. На костях мужчины расчищен подол длинной рубахи с вышитым кружковым орнаментом. Малый кэшэнэ расположен рядом с мавзолеем Тура-хана. Основание – почти квадратное (6,4х6 м), толщина стен около 0,8 м. Вход размещался с южной стороны, ширина проема составляет примерно 0,85 м. Стены возведены из крупных обломков местного белого известняка. Мавзолей в свое время не был достроен и сейчас сильно разрушен. Возможно, из-за своей незавершенности кэшэнэ не имел портальной ниши. Архитектурная форма – центрическая. 

Отрубленная голова женщины

Раскопки производились в 1985 г. Г.Н. Гарустовичем, выявлено четыре захоронения взрослых людей, без вещей, в гробах-табутах, с западной ориентировкой головы и разворотом лица к югу (в сторону Мекки) [8, с. 172–173]. В погребении старой женщины ее отрубленная голова лежала в могиле глазницами к верху (т.е. без соблюдения кыблы). Мавзолей (кэшэнэ) Хусейнбека расположен на юго-восточной окраине пос. Чишмы, на площадке надпойменной террасы северного берега озера Акзиарат («Ак» – белый, святой; «зиарат» – кладбище) – старицы р. Демы. Кэшэнэ занимает центр одноименного древнего кладбища, а мавзолей окружен надмогильными плитами с тамгами минцев (ХVI–XVIII вв.). Основание мавзолея квадратное (8,5х8,5 м), толщина стен 1,08 м. Входной проем (ширина 1,07 м) располагался в южном фасаде, а в трех других стенах сделаны оконные проемы с арочным завершением. Четверик стен увенчан сферическим куполом. Высота постройки 5,28 м. Мавзолей центрический, но такую форму он приобрел лишь в 1911 г., в процессе реконструкции (фактически – перестройки). В ХIV в. вход был оформлен порталом в виде крытого тамбура, выдвинутого (к югу) из объема стен более чем на 2 м. Описания ХIХ в. позволяют утверждать, что мавзолей Хусейбека ранее был полностью аналогичен кэшэнэ Тура-хана и имел портально-купольную форму (с пирамидальным куполом). 


Кладбище близ мавзолея Хусейн-бека. Фото И.Ф. Ихсанова
Источник фото: админ.татаровед.рф


Раскопки внутри проводились в 1985 г. Г.Н. Гарустовичем, выявлено девять погребений (три – взрослых, шесть – детей), без вещей, в гробах-табутах, с западной ориентировкой головы и разворотом лица в правую сторону (на кыблу, в сторону Мекки). Мавзолей датируется на основе года смерти Хусейнбека сына Омарбека из Туркестана (1339 г.), указанном в эпитафии на надгробной плите. Ее текст был подробно проанализирован в работе Г.В. Юсупова. Исключая недостроенный «Малый кэшэнэ», каменные усыпальницы Башкортостана имели портально-купольную форму. Особенностями булгарской архитектурно-строительной школы следует считать: использование белого камня; бутовую систему кладки; особый – «тамбурный» вид невысокого вытянутого вперед портала; «срезанные» тромпы; пирамидальный купол и т.д. Генетическое сходство белокаменных мавзолеев Башкортостана и группы усыпальниц Болгарского городища (Татарстан) не может вызывать сомнений. Петрографический анализ вулканического туфа из купола Тура-хана88 показал, что он привезен с Волги, из каменоломни у г. Болгара. Дата на плите в мавзолее Хусейнбека (1339 г.) может считаться основой хронологии всех каменных усыпальниц Башкирии: первая половина – середина ХIV века. Архитектура булгарских мавзолеев основана на сельджукском стиле, точно так же, как строительные и конструктивные особенности мусульманских каменных усыпальниц Азербайджана, Крыма и сельджукской Малой Азии. 

Мавзолеи кирпичные

В степной полосе Южного Урала известно несколько подобных усыпальниц, а на основе архивных материалов мы можем говорить о более трех десятках средневековых культовых построек в регионе. Свои формы сохранили до наших дней Варнинский (Челябинская обл.) и Абат-Байтакский (Казахстан) мавзолеи, еще несколько разрушенных памятников раскопано археологами в Башкортостане (Бэндэбикэ), на западе Казахстана (Жангыз-Агаш, Жаман-Каргала – Актюбинская обл. и Кара-Яр, Домолакер, Болгасын – Тургайская обл.), в Оренбуржье (Изобильнинский, Мустаевский и три «Тоцких») и Челябинской (Троцкий) области России. Эти постройки не связаны с какими-либо поселенческими объектами, они одиноко возвышались в открытой степи, либо образовывали группы из 2–3 мавзолеев. Они имели схожие архитектурные очертания, возведены из саманного и обожженного плоского квадратного кирпича (размером около 25х25х5 см с вариациями в ту или иную сторону) на илистом или глиняном растворе. Мавзолей Бэндэбикэ расположен возле дер. Максютово (Кугарчинский р-н РБ), раскапывался в 1968–69 гг. Н.А. Мажитовым. Основание сооружения прямоугольное (8,7х7 м), толщина стен 1,1 м. Стены выложены кирпичами двух цветов, образующими елочно-пирамидальный узор, декорирующий фасадные плоскости. Четверик стен посредством парусных или ячеистых тромпов переходит в барабан, увенчанный шатровым (пирамидальным или коническим) куполом. Входной проем размещен с южной стороны и был оформлен портальной аркой. Лицевая поверхность пештака (портала) имела П-образное бордюрное обрамление. Пол погребальной камеры вымощен плинфой. В центре помещения в каменном склепе была захоронена женщина, без вещей, с западной ориентировкой головы. Кирпичные мавзолеи Оренбуржья и Казахстана оформлялись по упрощенным среднеазиатским канонам. Купола у них были пирамидально-конического типа. Все постройки имели портально-купольную (Троицкий, Тоцкие, Абат-Байтак, Атчергат, Болгасын), либо центрическую форму (Изобильнинский). Погребальная камера обычно квадратная, но за счет выделенного из массива стен портала (со стрельчатоарочным проемом) постройки приобретали прямоугольные планы. Для украшения стен применялись разноцветные изразцы и поливные бирюзовые кирпичи на куполах. Портально-купольные усыпальницы строились двух видов – а) однокамерные (основная масса выявленных сооружений); б) двухкамерные (гур-хана и зиарат-хана) – Тоцкий мавзолей №2. Могилы в камерах отмечались кирпичными надгробиями (мастаба), могли иметь кирпичные сводчатые склепы. Погребения совершались по мусульманскому обряду, головой на запад, лицом на кыблу (к югу, на г. Мекку). В некоторых захоронениях встречались обрывки парчи и шелка, кожаная обувь, золотые украшения, трубочки-бокки, серебряные зеркала, железное оружие и стремена. 


Мавзолей Абат-Байтак после реставрации в Западном Казахстане
Источник фото: ru.wikipedia.org


«Степная аристократия еще не полностью придерживалась норм шариата» 

Как видим, к моменту строительства степная аристократия еще не полностью придерживалась норм шариата, а сами мавзолеи воспринимались кочевниками скорее в качестве элитных семейных усыпальниц, нежели как культовые объекты. Аналогии поливным изразцам, а также надежные датировки вещей (серьги «знак вопроса», зеркала, бокки, серебряные чашечки) указывают на ХIII–ХIV вв. (точнее – ХIV в.) как на время возведения кирпичных мавзолеев. Прекращение строительства связано с политическим кризисом в Улусе Джучи, поскольку после смерти хана Бердибека (т.е. в 60–70-е годы ХIV в.) здесь вспыхнула кровавая гражданская война («великая замятня»). 

Отметим, что две названные школы культового мемориального зодчества в Ак-Орде объединяют (помимо назначения) общие архитектурные принципы, главными из которых были геометрические основы построения конструкций. По словам специалистов, «все основные объемно-пространственные формы архитектуры этой эпохи восходили к простейшим геометрическим фигурам, взятым совокупно в виде целостной системы возможных вариантов. Это означает, что купольноцентрические сооружения разнообразились не по прихоти отдельных зодчих…». Даже простейшие усыпальницы Золотой Орды имели квадратные объемы стен, надстроенные цилиндрическими (гранеными) барабанами, увенчанными пирамидальными (конусовидными) куполами. Важнейшей деталью фасадов в XIII– XIV вв. становятся вертикальные порталы (от лат. porta – вход, ворота) – высокие прямоугольные пештаки, прорезанные арочной нишей с входом. 

Традиции завоевателей

Среди кирпичных построек встречаются также башенные мавзолеи, имевшие граненые цилиндрические стволы, перекрытые куполами. Этот вид мавзолеев получил большее распространение в кавказском регионе, и в меньшей степени – на Нижней Волге. Особую архитектурно-строительную школу золотоордынского мемориального зодчества представляют каменные усыпальницы Крыма и сопредельных территорий. Основные признаки данной школы зодчества ведут нас к «сельджукским» традициям Закавказья и Малой Азии, которые по главным своим параметрам опираются на достижения армянской архитектуры. Все школы золотоордынской исламской архитектуры объединяют единые мировоззренческие идеи – монументальная массивность и устремленность вверх при переходе души из этого мира в потусторонний. В наше время существует несколько вариантов типологической градации золотоордынских усыпальниц, различающихся в деталях, значительная часть которых основана на классификационных анализах мавзолеев Средней Азии. Специалисты говорят о кирпичных строениях, что «в архитектуру …сами монголы не внесли ничего, так как создателями их были местные среднеазиатские строители». При этом «в декоре мавзолеев… очевидны элементы, связанные с традицией Мавераннахра. Но так же несомненны и связи с древней традицией степного искусства…». 


Каменная резьба на входном портале усыпальницы Крыма
Источник фото: ru.wikipedia.org


Властителям не было необходимости строить самим, но именно тюркские (а за ними и монгольские) правители в странах Востока несколько столетий определяли моду, влияя на количество и формы построек. 

Булгарская школы

Не будем забывать о том, что в арабских районах мавзолеи не получили такого широкого распространения, как в областях расселения тюрок (и в Иране, где тюрки и монголы когда-то правили), а вахабиты в Саудовской Аравии до сих пор не признают эти постройки каноническими. Популярность монументальных усыпальниц в тюрко-монгольской среде зиждилась на развитом культе предков у выходцев с просторов Великого пояса степей Евразии и стимулировалась популярностью суфизма в областях, где больше всего уделяли внимание строительству мавзолеев. Неслучайно также появление в этих странах массивных куполов (полусферических, шатровых, и др.), декорированных ультрамариновыми изразцами, символизировавшими тюрко-монгольское Вечное Синее Небо. 

Таким образом, усыпальницы стран Востока стали отражением синтеза творческих идей разных народов, сумевших совместно создать и воплотить в жизнь единые эстетические каноны рассматриваемого вида мусульманской архитектуры. Однако когда мы говорим о творческом взаимодействии и взаимовлиянии различных культовых архитектурно-строительных школ Золотой Орды, как и о том, что власти Улуса Джучи использовали все доступные им возможности в деле монументальной пропаганды мусульманской религии (когда к этой работе привлекались и среднеазиатские, и булгарские мастера), не будем все же забывать о причинах более широкого распространения кирпичных построек на огромных территориях беспредельной степи. Анализ архитектурных особенностей показывает, что кирпичное строительство усыпальниц все же больше влияло на каменное. Причины здесь понятны: а) на Среднем Востоке строительство из кирпича имеет древние многовековые традиции и отрабатывалось оно задолго до мусульманизации этих регионов; б) кирпич – более пластичный материал, нежели камень. Тяжеловесность кирпичных усыпальниц меньше, чем каменных, так как в них лучше распределялись усилия давления купола и барабана на массив стен. А это позволяло строить из кирпича здания выше, сложнее и вычурнее, нежели из камня. При несомненном восприятии булгарскими зодчими основ и умений каменного строительства, такого мастерства, какое имели строители в Армении, они все же достичь не успели; в) ислам в Иране и Средней Азии утвердился ранее, чем в Поволжье. К моменту расцвета булгарского каменного строительства именно Средняя Азия и Иран уже активно генерировали культурные импульсы архитектурных и строительных особенностей, ставших каноническими в мире ислама. Здесь зарождались центрические-купольные и портально-купольные формы, шатровые купола, гофры, принципы соразмерности квадратного кирпича, монументальные фасады (пештаки), декоративные герихи, парусные, ячеистые и другие виды тромпов, склепы, изразцовые покрытия, надгробия типа мастаба (араб. «каменная скамья») и др.; г) немаловажным фактором была меньшая трудозатратность и стоимость кирпичного строительства; д) еще одной причиной экономического порядка стало активное функционирование волжского торгового пути (из Хорезма на Среднюю Волгу и далее), по которому циркулировали не только товары и капиталы, но и инновационные идеи (культурные и мировоззренческие); е) большая мобильность специалистов работы с глиной общеизвестна. Пластичные глины встречаются несравнимо чаще месторождений необходимого строительного камня. 


Мусульманская надмогильная плита, датируемая 1442–1447 гг., найдена местным краеведом Г.К. Воробьевым
неподалеку от дер. Старо-Калмаш Чекмагушевского р-на Республики Башкортостан

Источник фото: админ.татаровед.рф


Казанская школа

Ремесленники просто выезжали на место, тут выкапывали печи для обжига кирпича, здесь же готовили илистые или лесовые связующие растворы и строили также поблизости. Некоторые трудности возникали лишь при доставке дров для обжигальных печей, балочной и стропильной древесины, но подобное напряжение при случае снималось посредством использования саманного (сырцового) кирпича. А из негативных моментов такого строительства назовем лишь то, что каменные здания на известковом растворе были более долговечными. Успешное функционирование средневековой «булгарской» школы зодчества может считаться примером не только уровня развития местного архитектурно-строительного мастерства, но и выразительным показателем гибкости и разумного приспособления монотеистического ислама к специфическим региональным условиям. Крах Золотой Орды и беспрестанная военная конфронтация в степи с конца XIV в. положили конец бытованию местной школы мемориального зодчества. Но если усыпальницы из обожженного кирпича в степи не возводились несколько столетий, то каменные усыпальницы продолжали строить и позже указанного срока: в Казани (мавзолеи казанских ханов) и Касимове (Шах Али хана). Особые варианты позднесредневекового каменного зодчества известны также на Кавказе (Борга-Каш) и в Крыму (Джанике-ханым, Азиза, Эски-Дюрбе, и др.).


Источник: админ.татаровед.рф

История татар Западного Приуралья. Том I. Кочевники Великой степи в Приуралье.
Татарские средневековые государства. Коллективная монография. – Казань: Институт истории им. Ш.Марджани АН РТ, 2016.

Фото на анонсе: Мавзолей Тура-хана, расположен на вершине горы близ дер. Нижние Термы,
на левом берегу р. Слак. Чишминский р-н Республики Башкортостан.
Фото И.Ф. Ихсанова, источник админ.татаровед.рф