Дневник Ибн Фадлана: «Он просит о присылке людей из тех, кто преподал бы законы ислама, построил мечеть и крепость»

«Миллиард.Татар» начинает публикацию знаменитой «Записки» Ахмеда Ибн-Фадлана, в которой он рассказывает о посещении Волжской Булгарии. Мы произвольно разбили этот текст на «дни» для придания ему схожести с дневником.

«Записка» Ахмеда Ибн-Фадлана — важный источник по истории Восточной Европы X века. Ее автор посетил Волжскую Булгарию в составе посольства аббасидского халифа аль-Муктадира (908-932 гг.). Поездка была предпринята по инициативе правителя Волжской Булгарии, который, желая избавиться от власти хазар, просил покровительства халифа и обещал принять ислам. Посольство вышло из Багдада в 921 г. и прибыло в Волжскую Булгарию в мае 922 г. О его результатах ничего не известно, но Ибн-Фадлан (возможно, второе лицо в посольстве) оставил подробный отчет о путешествии, и в этом отчете приводится множество уникальных сведений этнографического характера о гузах, башкирах, булгарах и хазарах. Кроме этого, Ибн-Фадлан видел в Булгарии русов и оставил подробное описание их погребального обряда.

Отчет Ибн-Фадлана был широко известен в арабско-персидском мире. По свидетельству географа XIII века Йакута ар-Руми, работавшего в Мерве, в его время это сочинение было весьма распространено и находилось у многих лиц в восточном Иране. Сам Йакут включил несколько фрагментов из Ибн-Фадлана в свой «Географический словарь», дошедший в нескольких списках.

Единственный известный список «Записки» Ибн-Фадлана был обнаружен востоковедом А.З.В.Тоганом (А.З.Валидовым) в 1920-х годах в библиотеке при гробнице имама Али ибн-Риза в Мешхеде (Иран). К сожалению, конец рукописи отсутствует, причем неизвестно, скольких листов не хватает. В 1937 г. фотокопия Мешхедской рукописи была передана в дар Академии наук СССР от правительства Ирана, и на ее основе А.П.Ковалевским было подготовлено издание на русском языке.

День первый

Это — Книга Ахмада ибн-Фадлана ибн-аль-'Аббаса ибн-Рашида ибн-Хаммада, клиента Мухаммада ибн-Сулаймана, посла [У Йакута выходит прямо, что послом был сам Ибн-Фадлан. Несомненно, что и полное заглавие имеет в виду также именно это, так как патрон его Мухаммад ибн-Сулайман с посольством не ехал вовсе. Однако из дальнейшего видно, что во главе посольства официально стоял Сусан-ар-Расси, хотя Ибн-Фадлан, по-видимому, играл ведущую роль] аль-Муктадира к царю славян, в которой он сообщает о том, что он сам видел в стране турок, хазар, русов, славян, башкир и других (народов), по части различий их вероучений, истории их царей, положения многих из их дел.

Говорит Ахмад ибн-Фадлан: когда прибыло письмо аль-Хасана сына Балтавара, царя славян, к повелителю правоверных аль-Муктадиру, в котором он просит его о присылке к нему (людей) из тех, кто научил бы его вере, преподал бы ему законы ислама, построил бы для него мечеть, воздвигнул бы для него минбар, чтобы совершалась на нем молитва за него (царя) в его городе и во всем его государстве, и просит его о постройке крепости, чтобы он укрепился в ней от царей, своих противников, то он получил согласие на то, о чем он просил. Посредником у него [Речь тут идет о переговорах с болгарским послом в самом Багдаде, для чего и был назначен от халифа этот аль-Хурами] был Надир аль-Хурами. 

Рукопись записок Ибн Фадлана /Общественное достояние, wikipedia.org


И был избран я для прочтения ему (царю) письма и передачи того, что было подарено ему, и для надзора над факихами и му'аллимами. А какая у него (халифа) была причина посылки этого богатства ему (царю), так это для той постройки, о которой мы сообщили, и для уплаты за факихов и му'аллимов за село, известное под названием Артахушматин из земли Хорезм, из числа сел Ибн-аль-Фурата [Это, очевидно, Абу-ль-Хасан Али ибн-Мухаммад ибн-Муса ибн-аль-Хасан ибн-аль-Фурат. Он был трижды везирем халифа аль-Муктадира в годах 908-912, 917-918, 923-924. В описываемое время, т.е. в 921 г., он был в немилости и его имущество конфисковано, однако его сын аль-Мухассин имел влияние при дворе и позднее (в августе 923 г.) добился помилования своему отцу. В свете этих обстоятельств следует рассматривать и передачу его земель в Хорезме]. Посол к аль-Муктадиру от владетеля славян был муж, которого зовут Абдаллах ибн-Башту аль-Хазари (хазарец), а послом со стороны султана (халифа) Сусан ар-Расси, клиент Надира аль-Хурами и Такин ат-Турки (турок), Барис ас-Саклаби (славянин) и я вместе с ними, как я уже сообщил. 

Итак, я вручил ему [По-видимому, самому «владетелю славян». Здесь Ибн-Фадлан предвосхищает события, о которых рассказывает позднее. Надир аль-Харами, как видим дальше, тоже писал к царю Булгара, наряду с халифом и везирем. Выше сказано, что царь обратился первоначально именно к Надиру аль-Харами за посредничеством в деле передачи письма халифу] подарки для него, для его жены, для его детей, для его братьев, для его предводителей и лекарства, о которых он писал Надиру, прося их. И мы выехали из Города мира (Багдада) в четверг, когда прошло одиннадцать ночей от (месяца) сафара года триста девятого [Т.е. в четверг 21 июня 921 г.]. 

Мы оставались в ан-Нихраване [Местность между Багдадом и Васитом] один день и (далее) ехали усиленно, пока не достигли ад-Даскары [Йакут указывает под этим именем одно село на запад от Багдада, а другое «село на дороге в Хорасан недалеко от Шахрабана»]. В ней мы оставались три дня. Потом мы отправились стремясь, не сворачивая ни перед чем, пока не прибыли в Хулван [Город у горного прохода Загрос — Zagripulae на берегу р. Хулванчай, на границе старой провинции аль-Джибаль] и оставались в нем два дня и поехали из него в Кармисин [Город между Хулваном и Хамаданом около ад-Динавара; между ним и Хамаданом 30 фарсахов] и оставались в нем два дня, потом отправились и поехали, пока не прибыли в Хамадан и оставались в нем три дня, потом поехали, пока не дошли до Сава [Город между ар-Райем и Хамаданом, в середине между ними (расстояние от того и другого 30 фарсахов)] и оставались в нем два дня, а из него в ар-Рай, и оставались в нем одиннадцать дней, чтобы подождать Ахмада ибн-'Али аху-Су'лука [Об этом правителе ар-Райа см. ат-Табари III, 2292 и 'Ариб 51, под 302=914-915 г. по поводу неурядиц в Хорасане и у 'Ариба же, стр. 67, под 305=917-918 г.], так как он был в Хувар-ар-Райе [Хувар — большой город в областях ар-Райа. Между ним и ар-Райем около 20 фарсахов], потом мы отправились в Хувар-ар-Рай и оставались в нем три дня, далее отправились в Симнан [Большой город между ар-Райем и Нишапуром], потом из него в ад-Дамган [Может быть, о нем у ат-Табари, III, 1575, 1622, 1663, 1664], сторонника ад-Да'и [Ад-Да'и — «призывающий, проповедник, миссионер» и титул, особенно у мусульманских сектантов (шиитов, исмаилитов, карматов и т.д.), но, с другой стороны, «мятежник, создавший свою партию, еретик». В данном случае, по-видимому, имеется в виду табаристанский имам Хасан ад-Да'и ила-ль-хакк ас-Сагир (917-923 г.), представитель еретической династии Алидов, отвергавших багдадского халифа], и потому мы скрылись в караване и ехали усиленно, пока не дошли до Найшабура. 

Лайла ибн-Ну'ман [Лайла ибн ан-Ну'ман ад-Дайлами, полководец табаристанского имама Хасана ибн ал-Касима ад-Да'и ас-Сагира. Он занял Нишапур в 308 г. и даже чеканил свою монету. Казнен в месяце раби-аль-авваль 309 г. (10 VII — 8 VIII 921 г.)] был уже убит, и мы застали в нем (Найшабуре) Хаммавайха Куса [Это — Хаммуйа ибн-'Али, полководец Саманидов, высланный против Лайла], командующего войском Хорасана. Потом мы отправились в Сарахс, потом из него в Марв, потом из него в Кушмахан, а это край пустыни Амуля, и оставались в нем три дня, чтобы дать отдохнуть верблюдам для въезда в пустыню. Потом мы пересекли пустыню до Амуля, потом переправились через Джайхун и прибыли в Афирабр-рабат Тахира ибн-'Али [Несомненно, это — Фирабр, о котором Йакут пишет: «Городок между Джайхуном и Бухарой. Расстояние между ним и Джайхуном около фарсаха. Он был известен как рабат Тахира ибн-Али»]. 

Потом мы отправились в Байканд, потом мы въехали в Бухару [Маршрут этого пути от Багдада до Бухары дан у Ибн-Хордадбеха (De Goeje, VII, арабск. текст стр. 18, 19, 21-25; перевод стр. 14-15, 17-19), причем он дает и расстояния в фарсахах, так что можно судить о быстроте передвижения путешественников] и прибыли к аль-Джайхани. Он секретарь эмира Хорасана, и его прозывают в Хорасане шейх-опора [Здесь «аль-'амид» — в значении определенного титула. Абу 'Абдаллах Мухаммад ибн-Ахмад аль-Джайхани — известный географ министр Саманидов. Хаджи Халифа рассказывает, как он любил принимать у себя путешественников и расспрашивать их о странах, в которых они бывали. Его сочинения написаны в 892-907 гг.]. Он прежде всего озаботился достать для нас жилье и назначил для нас человека, который бы удовлетворял наши потребности и успокаивал бы наши нужды во всем, что мы пожелаем. Итак, (у него) мы оставались (ряд) дней. 

Потом он испросил для нас аудиенцию у Насра ибн-Ахмада [Саманидский эмир 301-331 г. (914-943). Взошел на престол в январе 921 г. мальчиком девяти лет. Значит, осенью 921 г. ему было 16-17 лет], и мы пошли к нему. А он безбородый мальчик. Мы приветствовали его как эмира, а он приказал нам сесть, и первое, с чего мы начали, это что он сказал: «Каким вы оставили моего господина, повелителя правоверных, да продолжит Аллах его пребывание (в этом мире) и мир в душе его, его слуг, и его приближенных». Мы сказали: «В благополучии». Он сказал: «Да прибавит ему Аллах благополучия!» 

Потом было прочитано письмо к нему относительно передачи Артахушматина от аль-Фадла ибн-Муса ан-Насрани (т.е. христианина), управляющего Ибн-аль-Фурата, и передачи его (села) Ахмаду ибн-Муса аль-Хуваризми (т.е. Хорезмийцу) и доставки нас и письма к его (эмира) правителю в Хорезме [Это слово значит и «владетель» как самостоятельный государь, и «правитель» губернатор, но, конечно, на правах вассального феодала. Хотя Хорезм был фактически независим, но данное выражение, мне кажется, указывает на идею вассальной зависимости от Саманидов, так как местоимение «его» может относиться только к Насру ибн-Ахмаду], (письма) с устранением препятствий для нас и письма в Баб-ат-турк с эскортированием нас и с устранением препятствий для нас. 

Печатается по: Путешествие Ибн-Фадлана на Волгу. Изд. Академии наук СССР, М-Л, 1939. Под редакцией И.Ю.Крачковского. [Перевод и комментарии А.П.Ковалевского] 

Фото на анонсе: Салават Камалетдинов

Следите за самым важным и интересным в Telegram-канале