«Если в мечеть ходит десять человек, негде жить - за счет чего будет существовать имам?»

Рафик Мухаметшин руководит главным исламским вузом республики. В интервью корреспонденту «Миллиард.Татар» он рассказал, почему не отпускает выпускников в деревни, почему арабам интересны татары и как буксовала реформа медресе в нулевые. 

Вторая часть интервью.
Первая часть интервью здесь.


«Раньше медресе открывались в зависимости от какого преподавателя нашли»

- В разговоре о мусульманском образовании хотел бы сейчас перейти к общему. С нулевых годов обсуждается, какая должна быть в Татарстане система религиозного образования. Вот за последние двадцать лет насколько система изменилась, что она из себя представляет сегодня, система исламского религиозного образования?

- Да, в 1990-е годы открылось очень много учебных заведений и медресе, и статус у них был совершенно непонятный. Мы в начале 2000-х годов, еще когда был жив Валиулла хазрат Якупов, мы взялись разрабатывать стандарты. Стандарты - это очень важно, поскольку это требования к выпускникам, каким должен быть современный имам. Как раньше работали медресе? Они открываются, и в зависимости от какого преподавателя нашли, ставят тот предмет. Если это преподаватель арабского языка - ставили больше арабского языка, а появился преподаватель фикха - появляется больше уроков фикха. Но это не подготовка специалистов, здесь должны быть довольно жесткие требования, по каким областям исламских наук они должны получать знания. Поэтому мы первые стандарты разработали, но они, может быть, не совсем успешные были, мы их спустили сверху в Духовное управление, в медресе, и они не работали.


Валиулла хазрат Якупов. Источник фото: tatarlar.info


- Не соблюдались?

- Некоторые их под сукно положили. Но потом мы пошли по другому пути. Стандартизация была необходима, по государственному стандарту работает и школа, и вуз, это нормальные требования к специалистам. И мы уже снизу, исходя из своих возможностей медресе, эти стандарты разработали, и они уже реализуются около десяти лет в учебных заведениях Татарстана. Это, действительно, очень важно, потому что спускать сверху можно очень хорошо разработанный стандарт, но у медресе возможности нет, они реализовать не могут. Вот мы с учетом их возможностей разработали эти стандарты. Сегодня, можно сказать, в Татарстане это работает, поскольку мы их контролируем. Мы проводим общественную аккредитацию, как Рособрнадзор, мы ежегодно проводим мониторинг, как реализуется. 

- То есть, это функция РИИ? 

- Это Духовное управление мусульман. Я также заммуфтия, который отвечает за образование. Мы обеспечили учебный процесс полностью учебниками по управлению мусульман, их разработали.

«Мы недавно начали активно работать с Объединенными Арабскими Эмиратами» 

- Собственные учебники?

- Да, мы опубликовали и раздали классические учебники. Также есть пособия и по арабскому языку. То есть, прошла стандартизация медресе, потом мы с учетом стандартов медресе разработали уже стандарты для бакалавриата и магистратуры. Но это тоже очень важно, потому что они же после медресе к нам придут, то мы разрабатывали с учетом, чтобы не было повтора. Первые два курса повторяются, на третий курс мы можем уже принимать выпускников медресе. Здесь преемственность соблюдается. Мы также разработали программы по магистратуре, которая сегодня реализуются в Булгарской академии. Ее открытие было в 2017 году, а в 2016 год практически полностью мы занимались разработкой стандартов именно для Булгарской исламской академии. Здесь была проделана огромная работа, узучен мировой опыт, что такое магистратура. Очень интересный опыт. Он реализуется с двух до пяти лет в магистратуре. Но, если в светском вузе магистратура два года очно, то мы взяли три. Поскольку поступают с разным уровнем, светский может быть, чтобы за год довести, а потом подтянуть, год учиться - третий курс писать, вот сейчас так реализуется. 

Но для нас, конечно, стандарты разработаны хорошо, здесь подготовка религиозных деятелей, но мы прошли, особенно на уровне вузов. Не случайно в 2013 году Президент Российской Федерации поставил задачу создания конкурентоспособных вузов, значит, наши стандарты должны соответствовать требованиям нового учебного заведения исламского мира. Но этот этап мы тоже прошли, наши разработанные стандарты (бакалавриат, магистратура) прошли экспертизу в крупнейших вузах, и сегодня можно сказать, что эти стандарты не просто признают, на основании этих стандартов наши выпускники бакалавриата уже поступают в зарубежные учебные заведения. 

Например, мы давно работаем с Марокко, мы в бакалавриат не отправляем. Какой смысл отправлять в бакалавриат, тогда что мы будем делать? Мы должны обеспечивать соответствующий уровень бакалавриата, и мы их отправляем в магистратуру и докторантуру. С Марокко мы долго работали. Мы прошли этап - их принимают уже на первый курс с бакалавриата. Сейчас уже осенью, возможно, мы заключим договор, что будут принимать уже наших бакалавров, если даже не в магистратуру, но на третий курс бакалавриата. То есть, мы поднимаем уровень, а они изучают наш опыт, наши программы. 

Мы недавно начали активно работать с Объединенными Арабскими Эмиратами, крупнейшим университетом имени Мохамеда бен Заида. Они долго изучали наши стандарты бакалавриата, и в общем уже принимают наших студентов в магистратуру, то есть, наши стандарты уже устраивают. 


Фото: © Рамиль Гали / «Татар-информ»


С одной стороны, мы, естественно, очень долго думали и разрабатывали стандарты компетенций, то есть, мы готовим не для того, чтобы они поступали в зарубежные учебные заведения, а чтобы готовить специалистов, и здесь компетенция - уровень знания арабского языка, уровень знания области исламского права, уровень формирования его идентичности, патриотизм и так далее, это все заложено. 

Компетенции в этой подготовке специалистов для самой России, чтобы они были адекватно воспринимающими реальную ситуацию в России, чтобы они знали наши богословские традиции (на Кавказе - шафиитские, а здесь - ханафитские). А с другой стороны, мы должны соответствовать и международным требованиям. Этот этап в какой-то степени пройден, можно сказать, что наши стандарты вполне конкурентоспособны сегодня в исламском мире. Естественно, их надо еще реализовать, чтобы не опускать планку, но с этой точки зрения в Татарстане с созданием Булгарской исламской академии в 2017 году этот цикл подготовки, начиная с медресе и заканчивая  магистратурой и докторантурой, был выстроен. Не случайно Президент Российской Федерации тоже об этом говорил, что сегодня необходимо в самой России готовить специалистов, но это тоже задача очень серьезная, поскольку любая система образования должна быть адаптирована. 

Она была выстроена, поэтому сейчас, выезжая из России, можно получать уже полностью все формы исламского образования. Поэтому за рубеж мы отправляем только магистратуру, когда он уже прошел бакалавриат, когда он уже в мировоззренческом, в богословско-правовом плане сформировался в рамках наших традиций, а выезжает он уже, когда в магистратуре может сравнивать и сопоставлять ханафитский мазхаб с маликитским и другими. Это даже, наоборот, расширяет кругозор, и для того, чтобы стать полноценным специалистом, мне кажется, лучше. 

«В Татарстане среди имамов восемьдесят процентов - это наши выпускники» 

- В целом, сейчас какая ситуация с имамами? Из ваших выпускников сколько уходят в мечети имамами работать, кто в светской жизни себя находит?

- Сейчас я не могу сказать, что ситуация кардинально изменилась с возрастом, очень много возрастных имамов, но, что касается уровня образования, то оно выросло значительно. Потому что в Татарстане среди имамов восемьдесят процентов - это наши выпускники. Они имеют высшее религиозное, теологическое образование, и за пределами очень много муфтиев России у нас учатся. То есть, возможностей повышать свою квалификацию много. Вопрос немного в другом. Сейчас, особенно в Татарстане, тысяча пятьсот мечетей, но все образованные имамы в городах, в крупных населенных пунктах. 

Поэтому у нас иногда спрашивают: вот есть деревни, где пятьдесят домов, школы нет, детского сада нет - а нужен имам. Конечно, я, может быть, тактично отказываю, потому что не для того, чтобы работать в мечети, куда ходит три прихожанина, отправить выпускника с высшим религиозным образованием, это тоже неправильно. В принципе, может быть, теоретически можно, но он там не закрепится. А с одной стороны, мы выпускаем, здесь многие места не заняты, а за пределами Татарстана может быть ситуация другая. Поэтому мы сейчас уже готовим в Духовном управлении мусульман карту мечетей Республики Татарстан - где расположена эта мечеть, школа, количество населения.

- Территориальное распределение ресурсов, так сказать…

- Да, не просто анализ, это атлас. Нажимаешь, например, Балтасинский район, все выходит, нажимаешь деревню - он тебе уже полностью карту выдает, есть ли там начальная школа, есть ли детский сад, есть больница или нет, и так далее, имаму сколько лет, имеет ли образование. Поэтому сейчас мы очень активно работаем с мухтасибами, потому что очень сложно обеспечивать очень маленькие деревни образованными имамами. Почему? Потому что у нас религия единого государства, это махалля должна содержать имама. Если в мечеть ходит пять, шесть, семь, десять человек, негде жить - за счет чего будет существовать имам? С последней точки зрения, конечно, Духовное управление полностью на себя тоже не может брать, хотя у нас есть программа поддержки имамов, которые работают в населенных пунктах. Но он уже сам потом уходит - жене негде работать, детям школы нет. Поэтому вопрос закрепления молодых кадров на селе с каждым годом для нас становится сложнее, потому что сужается возможность выбора мечети. Мы с мухтасибами разрабатываем, чтобы с этой деревни они отправляли, чтобы они заочно учились, чтобы они нашли прихожан, может, он на пенсии, но еще активный. Это в Татарстане, но за пределами в России ситуация немного другая, очень большой спрос на наших выпускников, в городских мечетях, практически на всю Россию мы работаем.


Вручение дипломов выпускникам РИИ и КИУ. Источник фото: vk.com


«Государство дает понять, что мусульмане живут здесь многие века» 

- А с какими Духовными управлениями вы теснее всего работаете?

- Работаем с Тюменской областью, мы проводим курсы. У нас очень много поступают, как ни странно, хотя есть свои учебные заведения, из Башкортостана. Мы работаем с Дальним Востоком, с Сургутом мы проводим курсы и очень много работаем. Вот, практически, крупнейшие Духовные управления. С Кемерово мы работаем, муфтий и его зам наши выпускники, имамами работают, мы курсы проводим. 

Есть у нас крупнейшие Духовные управления, которые с нами уже давно сотрудничают. А так, по сути дела, для трудоустройства выпускников религиозных, в отличие от светских, проблем нет, лишь бы было желание, можно найти очень хорошую и с хорошей зарплатой, с квартирой, и в городах. Сегодня, в принципе, в Татарстане уже практически невозможно, здесь обеспечено кадрами, а за пределами Татарстана востребованы. 

- Сейчас логично подойти к теме 1100-летия, вот появилась такая дата, мы уже третий раз 1100-летие празднуем - 1989, 1999 и сейчас вот третий раз. Как вот так получается, что мы три раза одну дату празднуем, и, на ваш взгляд, почему эта дата важна, почему это не формальность?

- Да, здесь Талгат хазрат провел празднования еще в 1989 году. Это было начало легализации ислама в России, первое мероприятие проходило на очень высоком уровне с приглашением зарубежных гостей, это было очень важно. 

Но сегодня тоже очень важно, поскольку здесь, во-первых, для того, чтобы в России знали историю ислама, как формировать полноценное историческое самосознание. Если открыть учебники истории для седьмого класса, найти там понятие Волжская Булгария, Золотая Орда, то в каком контексте написано - тоже вопрос. Но мы видим, что здесь мы уже в течение года обсуждаем принятие ислама в Волжской Булгарии, что ислам имеет в России такие глубокие корни. С точки зрения формирования полноценных исторических знаний у населения - это очень важно, появилось очень много публикаций, многие структуры задействованы в проведении этого мероприятия - федеральное Министерство образования, Министерство культуры и так далее. 

Мне кажется, с этой точки зрения, это важно, но с другой стороны, очень важно, что не просто в Конституции написано, что в Российской Федерации поддерживаются традиционные религии, а мы видим, что в России традиционные религии поддерживаются, был создан и федеральный, и республиканский оргкомитеты для того, чтобы этот праздник отмечать, и в финансовом плане выделены средства. Это очень важно с точки зрения формирования такой гражданской идентичности, то есть, государство дает понять, что мусульмане живут здесь многие века, и не просто живут, а практически первые государства на территории современной России - это были мусульманские государства. Это очень важно и для самих мусульман, особенно для мусульманской молодежи, для формирования религиозной идентичности, патриотизма, потому что 1100 лет здесь крупнейшее государство, это Волжская Булгария, Золотая Орда, Казанское, Крымское, Сибирское и другие ханства. У кого еще есть такое, что вот в течение многих веков возникали государства, они функционировали полноценно?Если молодежь будет знать эти вещи, мне кажется, они будут намного более патриотами своей истории, своего государства. Вот с этой точки зрения, мне кажется, этот праздник имеет очень важный аспект.

«Эмиратам очень интересно распространение ислама за пределами арабского мира»

- Я знаю, что вы к этому празднику тоже подготовили к изданию интересные работы.

- Мы с Объединенными Арабскими Эмиратами уже несколько лет тому назад начали проект, и теперь приурочили уже к этой дате. Им очень интересно распространение ислама за пределами не арабского мира, то есть, как не арабы принимали ислам, как исламские институты функционировали за пределами арабского мира. Например, у них есть книги «Ислам в Китае», «Ислам в Индонезии». Мы подготовили книгу «Ислам в России». Я был редактором, привлекли более тридцати авторов, все специалисты писали с древнейших времен по современность. Довольно интересно, она познавательна не только для зарубежных авторов. 

- Как энциклопедия?

- Она не энциклопедия, это монография, коллективная монография. От и до с древнейших времен – описание институтов, как функционировали Духовные управления, ислам в Казанском, в Крымском ханстве и так далее. Мы пытались охватить все этапы, показать ислам во всех своих плоскостях. Эта книга подготовлена на русском, английском языке и арабском, на трех языках. 
И мы уже с 2005 года издаем серию по татарской богословской мысли. Это серия очень интересная, мы переводим с арабского на русский язык. Мы подготовили четыре книги Шигабутдина Марджани, его знаменитое историческое сочинение «Мустафад аль-ахбар фи ахвали Казан ва Булгар» в полном виде на русском языке. У Шигабутдина Марджани есть его знаменитый библиографический словарь на арабском языке, который в рукописях хранится – «Вафият аль-аслаф». Из него мы выборку сделали, посвященную татарским богословам. 


Фото на анонсе: © Салават Камалетдинов / «Татар-информ»