Почему татаро-башкирские поэты Акмулла и Гали Чокрый восторгались Марджани

Фигура богослова и историка Шихабутдина Марджани и сегодня не дает покоя многим, до сих пор рождает полемики. Ильгам Гумеров, заведующий Центром письменного и музыкального наследия ИЯЛИ АН РТ, кандидат филологических наук, изучил наследие двух известных классиков татаро-башкирской литературы Гали Чокрый и Мифтахетдина Акмуллы и увидел, как они воссторгались фигурой Марджани. “Миллиард.татар” публикует перевод материала с татарского языка. 

“Указатель истинного пути для Гали Чокрый”

В истории литературы Гали Чокрый и Мифтахетдин Акмулла (1831-1895) известны как поэты, первыми написавшие оды и элегии в адрес Шигабутдина Марджани. Небольшое по объему произведение Гали Чокрыя опубликовано в книге «Шәмгъ эз-зыя...», изданной в Казани в 1883 году.

Чөнанча сахибе шөһрәт, Шиһабеддин гали фикрәт,
Укыбдыр чук фөнүн, хикмәт, һадилар кем безем саздыр.

(Поистине он - обладатель славы, великий властитель дум, Шихабеддин, 
Изучил он много наук, мудрости, показывает нам правильный путь).

Казандыр мескине аутан, кыйбласы аның Мәрҗан,
Нәселләре белә әгъйан, һадилар кем безем саздыр.
Рәфигъдыр хәле зи тәмкийн, атасыдыр Баһаведдин,
Йәнә тугъмасы Садреддин, һадилар кем безем саздыр. 
Йазыбдыр күб рәсаилне, ачыб төрлүк мәсаилне,
Хафиздыр күб дәлаилне, һадилар кем безем саздыр.

 Автор восхваляет благородный род своего героя, и пишет о нем как о “прославленном” и “великом мыслителе”, что ученый, “изучив многие науки, мудрость”, написал трактаты, в которых разъясняет разные вопросы, говорит о нем как о большом ученом, “знающем многие аргументы”, и ставит его в пример остальным. Эта мысль подчеркивается от начала до конца стихотворения посредством повторяющейся строфы «һадилар кем безем саздыр» (“показывающий нам правильный путь”).

Как споры о пятом намазе явили миру джадидов и кадимистов

Помимо этой оды, Чокрый посвятил возвеличиванию Шигабутдина Марджани и его просветительской деятельности еще одно свое произведение - «Манзумате Гали бине Салих әл-Чокрый әл-хаҗи фи мәдхе китаб «Назурәт әл-хак» вә мусаннифиһи галә-л-итлак» («Стихотворение Гали бине Салиха аль-Чокрый аль-Хаджи, где он с полной поддержкой восхваляет книгу “Истинный взгляд” (“Истинный взгляд, доказывающий обязательность ночной молитвы, даже если не исчезают сумерки” – ред.) и его автора”). В связи с концепцией науки, с целью отразить этико-эстетические особенности поэзии Гали Чокрыя и внести ясность в некоторые вопросы литературы того периода мы считаем уместным более широко остановиться на этом произведении.


Шигабутдин Марджани. Источник: wikipedia.org


Спор об обязательности ночного намаза жителям Казани и ее окресностей, по причине отсутствия полноценной вечерней темноты в длинные летние дни, еще с древних времен существовавший среди татарского мусульманского духовенства, в XIX столетии возобновляется. О том, что корни этого вопроса уходят в глубину истории говорит и тот факт, что секретарь арабского посольства Ибн Фадлан, посетивший в Х веке Волжскую Булгарию, упоминает, что мусульмане этого края совершают намаз лишь четыре раза в день. Отдельные представители татарской интеллигенции придерживались точки зрения, что в такие дни ночной намаз необязателен. В начале века поэт Абдрахим Утыз-Имяни аль-Булгари (1754-1834), поддерживая эту мысль, сочиняет свое произведение «Рисаләи әш-шәфәкъ» («Трактат о закате»). Также и Фатхулла бине аль-Хусаин Оруви (1767-68 – 1843-44) в своем произведении «Рисалә фи сукут әл-гыйшә ган әһле Болгар» («Трактат о необязательности ночного намаза народу Булгара”), преподаватель (мударрис) одного из казанских медресе Баймурад бине аль-Мухаррам аль-Мангари (умер в 1848 году) в своем «Рисалә фи мәсәләт әл-гыйшә» («Трактат о ночном намазе») поднимают этот вопрос и выступают в поддержку указанной выше точки зрения.

Несогласные с позицией этих авторов, с просьбой прояснить данный вопрос, обращаются к бухарскому амиру Хадеру бине Магсуму и исполняющему обязанности муфтия в городе Мекке Габдулле бине Габдеррахману аль-Макки. Известно, что эти личности написали трактаты об обязательности ночного намаза.

Да начнется реформа

Усилившийся в начале XIX века спор разделяет татарское религиозное сообщество надвое, и продолжается до ХХ века, становится одной из тем, к которой чаще всего обращаются религиозные деятели, писатели-поэты и ученые. Известно, что даже еще в начале ХХ века Муса Ярулла Бигиев написал статью об этом под названием «Озын көннәрдә руза» (“Пост в длинные дни”).

В развитии татарской общественной мысли и литературы XIX века данная дискуссия имеет довольно большое значение. Некоторые историки отмечают, что именно эта тема способствовала началу разделения татарской религиозной общественности на кадимистов и джадидистов. 

В 1870 году выходит в свет книга Ш.Марджани «Назурәт әл-хак фи фәрдийәт әл-гыйшә вә ин ләм йагиб әш-шәфәкъ» (“Истинный взгляд, доказывающий обязательность ночной молитвы, даже если не исчезают сумерки”), где он высказывает свое отншение к данному вопросу и доказывает несостоятельность утверждений придерживающихся всего старого о том, что “время иджтихада прошло”, то есть в религии уже не дозволено самостоятельно полагаться на силу разума и науки, вести творческую деятельность. Это приводит еще большему усилению дискуссии, происходившей на общественной арене: не согласные с этой мыслью консервативно настроенные представители духовенства коллективно издают оппонирующую труду “Назурәт әл-хак” книгу под названием «Мозһир әл-кәлимәт әл-җәрүдә әлләти һийә фи-н-Назурәт» (“Изобличение опасных слов в “Назуре…»). 


Источник: msu.tatarstan.ru

Акмулла поддерживает Марджани 

В свою очередь, и в литературе прогрессивно мыслящие писатели, поэты, ученые создают поэтические произведения в поддержку Марджани и его позиции. Поэт Акмулла посвящает свою оду этому великому мыслителю. После кончины Марджани он пишет дополнительную главу и меняет название на “Памяти дамеллы Шигабутдина хазрата”. В 1892 году эта поэма-элегия издается в Казани отдельной книгой.

Еще при жизни Марджани представляет широкому читателю стихотворные произведения относительно данной дискуссии, написанные Ихсаном бине Гумером Мамсави, Абдуррахимом бине Давутом Чутаи, Фахрутдином бине Арсланом Букали, Габдуллой Белебеи-Раи, Габделкаюмом бине Мурадом аль-Бадахши, в виде приложения поместив их в первом томе своей книги «Мөстәфад әл-әхбар...» (“Мөстәфадел-әхбар фи әхвали Казан вә Болгар” – “Источники по истории Казани и Булгара”). Среди этих произведений есть также и упомянутая нами выше ода Гали Чокрыя «Манзумате Гали бине Салих әл-Чокрый әл-хаҗи фи мәдхе китаб «Назурәт әл-хак» вә мусаннифиһи галә-л-итлак» («Стихотворение Гали бине Салиха аль-Чокрый аль-Хаджи, где он с полной поддержкой восхваляет книгу “Истинный взгляд”).

Вохваление рода Марджани 

Произведение начинается по примеру классической оды, в романтическом духе: 

Мөбарәк шәһәр Казанда бер остаз бар бу әхйанда (заманда),
(В благословенном городе Казани есть наставник в наше время)
Зәкиләр эчрә әгъйанда, һадилар кем безем саздыр
(С чистым сердцем, из ряда святых, указывающий нам правильный путь). 
Ләкаб исме Шиһабеддин, атасыдыр Баһаведдин,
(Имя его Шигабутдин, отец его – Багаутдин)
Килебдер Ташкичү йакдин, һадилар кем безем саздыр,- 
(Прибыл он со стороны Ташкичу, указывающий нам правильный путь)

Такими словами автор восхваляет благородный род Марджани, край, где он родился и вырос. Герой произведения предстает как «знающий многие аргументы, доводы, вопросы”, “знакомый с каждым высказанным новым словом, мыслью” , то есть как прогрессивный, идущий в ногу со временем высокообразованый человек, ученый.

“Почтенный Шигаб ахун развеял скрытые тайны”

Далее поэт постепенно отходит от использования романтического высокого пафоса, щедрых ярких красок в описании своего героя, и, не отделяя его от реальности, сосредотачивается на изображении его образа через оценку конкретной деятельности и совершенным делам.

Моның тәсныйфате күб бар, «Назурә»дер бере, әй йар,
Гыйшә хакында ул мизмар, һадилар кем безем саздыр...
Ләбибләрдән ничә ирләр «гыйшә бездә сәкыйт»,- дирләр,
Ничәләре вәҗиб дирләр, һадилар кем безем саздыр.
Йазышдылар китаб берлән, сөйләшделәр хитаб берлән,
Кагышдылар гитаб берлән, һадилар кем безем саздыр...
Рәфигыль хәл Шиһаб ахун, ачыб бер мәйдан мәшхун,
Таратды сер би-сер мәзмун, һадилар кем безем саздыр.

(Много им написанного, одно из них – “Истинный взгляд”,
Основание для спора – ночной намаз…
Сколько мудрых мужей утверждают, что нам ночной намаз необязателен
А сколько – что мы обязаны его совершать…
(по этому вопросу) переписывались посредством издания книг, обсуждали в беседах,
Ссорились, ругались…
Почтенный Шигаб ахун, открыв полноценную площадь (для обсуждения) 
Развеял скрытые тайны, он – показывающий нам правильный путь…).

Отрицание подражания 

Поэт почитает своего героя не только как ученого, обладающего широкими знаниями в многих науках, но и за то, что он, используя эти знания, совершает конкретные дела – посредством создания таких трактатов, как “Истинный взгляд”, отрицает таклид (подражание, следование авторитетному специалисту), открывает путь к свободному, независимому рассуждению, мышлению.

Такие строки оды, как 

Йазар «Назурә»дә күб сүз тәрикләр гаксенә мәлхуз,
Адасы хак диеб мәхфуз, һадилар кем безем саздыр.
Моңа куәт өчен чындан китаблардан нәкыль алган,
Нәкыль ара гакыл салган, һадилар кем безем саздыр. 

(Он пишет в “Истинном взгляде” много доводов против утверждений противников
Что исполнение ночного намаза – правильно…
Чтобы аргументировать свои слова, он брал знания из книг, 
Писал, опираясь на собствунную мудрость…)

звучат как воспевание силы разума человека, его знаний. 

Подражание Тукая 

Мотивы, созвучные этой оде, можно четко прочувствовать в стихотворном посвящении Марджани поэта Габдуллы Тукая “Шигаб хазрат”, написанном спустя четверть века после Гали Чокрыя.

Ул итсә дә хәдис, аятьне күп нәкыль
Булып бетми аның гакълы нәкыльгә кол;
Инсан дигән шәрәфле бер мәхлукта ул
Бар дип белә хаким гакыл вә хөр гакыл,- 

(Хотя хадис, аят и брал он в аргумент,
Но знал, что в рабском подчиненье пользы нет,
Что человеку в жизни освещает путь
Свободного ума, свободной воли свет.) (пер. В.Думаевой-Валиевой)

Едва ощутимое в произведении Гали Чокрыя противопоставление понятий догма (“накыль”) и разум (“гакыл”) в стихотворении Габдуллы Тукая получает контрастный оттенок. Можно утверждать, что взаимоотношение этих понятий, символизирующих, по своей сути, борьбу старого и нового, демонстрирует укрепление татарской поэзии XIX века рационалистической мыслью, и в целом, движение поэзии от просветительского романтизма к просветительскому реализму.

“Второй важный и большой вопрос” 

Философские и этико-эстетические взгляды поэта, не умещаясь в рамки традиционной формы, движутся в направлении развития поэзии мысли. Борьбу за идеи Марджани автор не сводит лишь к восхвалениям, часто он выражает свое активное отношение к ним, иногда вступает в спор с ученым. С этой точки зрения отдельного внимания достойна глава «Мөһиммәте ухра вә мәсьәләте кубра» («Второй важный и большой вопрос”). Здесь Гали Чокрый отмечает, что этот спор возникает не только на землях Казани и Булгар, но и в других краях, где проживают мусульмане, тем самым увеличивает актуальность этого вопроса. Поэт не согласен с тем, что Марджани ограничивает эту проблему территорией Казани и ее окресностей.

Йазыбдыр «Назурә» әмма, билә йир йук диеб катган,
Әйдерләр бар диеб дәгъва, һадилар кем безем саздыр.
Мөгайен бар дийәм бән дә, моның дик йирләр төндә,
Мосаррихдыр фөнүнендә, һадилар кем безем саздыр. 

(Он категорично написал в “Истинном взгляде”, что другого такого места нет
Но (есть и те, кто) предъявляют претензию, что есть
Естественно, я тоже говорю, что есть 
(места), выясненные науками…

пишет он. 

Соотнести светские науки с религиозными знаниями 

Поэт приводит в пример расположенный на севере земного шара “город Архангел”, где ночи длинные, и что в некоторых местностях на юге, наоборот, ночи “одна короче другой”. По мнению автора, для выполнения порядка намаза, поста написанные в “Истинном взгляде” утверждения не могут быть полностью правильными. Поэтому, обращаясь ко всем “обладателям знаний”, поэт просит из разъяснить этот вопрос, отмечая, что здесь нужно определенное “мужество”, и “весомые ответы”.

Ләбибләр әйләңез тибйан (аңлатыгыз), җаваб бирең идеб игълан,
Нидер анда улан әгъйан (изгелекләр), һадилар кем безем саздыр. 
Йиталмый «Назурә» монда, кирәк бер хуслә (батырлык) монда,
Җаваблары саллы монда, һадилар кем безем саздыр. 

Достойно внимания и то, что Гали Чокрый считает: для того, чтобы показать “мужество”, дать характерные просветителям “весомые ответы”, ученому недостаточно религиозных знаний. Современный ученый, помимо таких знаний, должен обладать обширными сведениями в светских науках, быть личностью, способной самостоятельно мыслить в, словами автора, «хисаб, хикмәт голүмендә дәхи һәй´әт фөнүнендә» (арифметике, философии и науке бытия). 


Источник: pikabu.ru


В одном из своих написанных прозой произведений он еще более четко выражает эти свои мысли, и образно отмечает: «Когда в мусульманском праве (гыйльме фикъһе) встречаются понятия «тул әл-бәләд» (географическая долгота страны) и «гарыз әл-бәләд» (географическая широта страны), неграмотные муллы..., падают в изнемождении, не имея сил выйти за границы своей деревни... неспособный окинуть разумом больше, чем здания, луга или горы своей деревни, остаются невежественными в фикхе (права), вопросах, обязательных к знанию... Если ничего не знают в науке бытия (гыйльме һәй´әт), так же, как неимущие баи перед настоящими богачами ведут себя покорно, уступчиво, неграмотным муллам рядом с учеными, обладающими обширными знаниями, следует оставаться почтительными и покорными». 

Значит, и в этом вопросе взгляды Гали Чокрыя созвучны с идеями Марджани. Его стремление соотнести светские науки с религиозными знаниями, поднять на их уровень еще раз свидетельствует о прочности его просветительских мыслей.

Гали Чокрый, как пример для простого народа и остановившихся в развитии, довольствуясь лишь религиозными знаниями мулл, особо выделяет Шигабутдина Марджани. Создавая образ своего героя как личность, которая на пути борьбы за истину действуест опираясь на силу разума и науки, поэт олицетворяет идеал просветительства.

Ильхам Гумеров
Фото на постере: 
the-steppe.com