Татарский святой Стамбула: побег от большевиков

Айзирэк Гараева-Акчура в исследованни для “Миллиарда.Татар” подробно рассказывает о происхождении известного в Турции татарского рода Султановых. Среди его видных представителей шейх накшбандийского тариката Абдульазиз Беккине и многие другие.


Хазрат, почитаемый как святой

Отец Абдулгазиза Беккенэ – Харис хазрат Султанов, дед – Мехмет (Мухаммед) мулла. Абдулгазиз родился в Стамбуле, в юном возрасте с родителями переехал в Казань, оттуда уезжал в Бухару для учебы в медресе. После революции в России он был вынужден снова покинуть Казань и переехать в Турцию. С 1926 года и вплоть до своей смерти в 1952 году Абдулгазиз хазрат служит религии. Его имя внесено в энциклопедияю как авлия (святой) Стамбула. И действительно, люди всю жизнь воспринимают его как авлия, почитают как святого...

Стоит подчеркнуть, что он, как религиозный деятель, сумел собрать вокруг себя студентов разных вузов и направил их. Абдулгазиз Беккинэ – наставник известных людей Турции, внесших вклад в религиозную, политическую, философскую, научную и техническую жизнь страны. Один из его учеников – премьер-министр Турции в конце 90-х, профессор Неджметтин Эрбакан. А он, как известно, наставник и учитель бывшего президента Турции Абдуллаха Гюля и нынешнего главы государства Реджепа Эрдогана. Среди учеников хазрата очень много других известных людей Турции. Усилиями его последователей в 1982 году в твух томах был издан объемный труд Абдулгазиза хазрата - перевод с арабского на турецкий и толкование книги “Рамуз әл-Хәдис”. Автор книги – шейх Ахмед Зияэтдин Кумешханэви.


“Казан эулиясе”

В конце 2018 года, после изучения книг, статей, касающихся Абдулгазиза Беккинэ, на основе воспоминаний самого хазрата и его учеников, написала рассказ “Казан эулиясе” (“Казанский святой”) и в 2019 году он увидел свет в мартовском номере журнала “Идель”. Чтобы вы получили более ясное представление о том, кем был этот хазрат, в каких условиях воспитывался, хочу поделиться отрывком из рассказа, который описывает моменты его детства.

“Разве можно было представить, что когда-нибудь произойдут такие события – святые будут уничтожены, или же сосланы из страны?!
Многие богатые мусульмане Казани и купцы надеялись, что до революции дело не дойдет, революционеры не станут настолько сильными, и жизнь так и будет продолжаться, как она шла раньше. То ли от наивности, то ли от нехватки воли сплотиться вместе, они, кажется, особо и не предчувстововали, что же в скором времени свалится на их головы. Однако, кто-то ведь пытался их предупредить, и обсуждали...
Кто же тронет святых?
Но...
Протянувшиеся на несколько лет беспорядки и осенняя революция перевернули все верх-дном. Будто разворотило, рассыпало и раздавило тяжелым камнем горсть яртарного драгоценного зерна – каждое зернышко, способное в будущем дать во благо нации в десять раз больше всходов, было уничтожено до последних своих клеток. Представители благородного поколения – те, кто знали святых и были продолжателями родословной святых - заперты в каменных стенах, затем расстреляны, уничтожены. Поодиночку раздавлены тяжелыми камнями революции, завалены, превращены в прах...
Но велика милось Всевышнего Аллаха, некоторым зернам нашлись другие места, где они смогли пустить всходы. И хотя их сопровождали страдания, трудности, печаль расставания с близкими, нужда, однако это все же было лучше, чем сгинуть, изчезнуть под камнями. Будто Бог сам уберег через эти испытания, сам защитил...

...Поезд летит в сторону Баку, навсегда отдаляя их от страны. Вот так, после революции кто-то от безысходности, кто-то по своему желанию расстается со своей родной землей. Хотя, родная она не для всех...
23-летний Газиз уезжает не из родного края, а из родных земель своих предков. В отличие от других спутников, и даже родственников, его родная земля – Стамбул. Значит он, напротив, возвращается в родной край.
Он родился в 1895 году в доме Хариса, сына Мехмета муллы, в Турции, от его второй жены. Харис эфенди сам казанский татарин, вместе с семьей в 1880-х годах жил в Стамбуле, продавал масло, показал себя как человек науки и религии. В десятых годах из-за расследований российского правительства был вынужден вернуться с семьей в Казань. В те годы успел обучить сына Газиза пять лет в Бухаре... Затем, не прожив и десяти лет, потомки суфия Хариса, оставив на земле предков все имущество, свой большой дом с 32 комнатами, где обучались шакирды, снова отправились в Турцию. Это вынужденное переселение родители уже не застали, они скончались в Казани еще до революции.
Газиз, вместе с родными, разделил полную лишений судьбу многих других. Лишь Аллах знает, что их ждет впереди, но куда ведет их путь – это известно...

Как-то в Казани Газиз шел домой из медресе. На улице перед ним возник вооруженный военный. Рыкнул злым, серьезным голосом: 
- Эй, малый! Откуда идешь? Куда?
Газиз, приняв такое же серьезное выражение лица и направиив указательный палец на лицо солдата, сказал: 
- Иду от Аллаха, ухожу к Аллаху.
От неожиданности солдат аж уронил ружье. Ошарашенный, он остался стоять на месте, Газиз поторопился отдалиться от него.

Чудеса на могиле

... Получивший религиозное образование от родителей, и в годы проживания в России отучившийся пять лет в Бухаре Газиз решил в Стамбуле продолжить поиск знаний. Поступил в медресе Баязида в районе Чаршыкапы. Правда, приехав в Стамбул, вместе с родственниками некоторое время пробовал продолжить дело родителей. Но этой работой увлекался недолго, выбрал деятельность имама, путь служения религии. Также осознал, что пора примкнуть к какому-нибудь муршиду (наставник в суфизме – ред.). Он с детства понимал, что для духовного развития и чтобы ко Всевышнему Аллаху прийти совершенным человеком, надо стать последователем шейха.

Еще в детстве он много раз видел, как отец, долгое время оставаясь в комнате один, пребывал в духовном состоянии. А самое впечатлевшее его событие произошло в Казани, на кладбище.

Это были времена, когда на мавзолеи были наложены замки. Отец повел его проведать могилу шейха. Была зима, вокруг все покрыто снегом. Дверь склепа закрыта на большой подвесной замок. Отец остановился примерно за десять метров от мавзолея. Поприветствовав, принялся читать молитвы. Мальчик, встав чуть поодаль, тихо наблюдал за отцом. Харис эфенде, закончив читать молитвы, мягким, добрым голосом попросил: “Мой господин, если простишь меня, пусть замок откроется и я зайду внутрь”. В тот же миг замок с щелчком открылся. Отец с сыном зашли в мавзолей. Отец сел к изножью могилы, почитал суру Йасин. Немного спустя они закрыли мавзолей на замок и ушли с кладбища. В этот день Газиз увидел близкие отношения отца с его муршидом и способность авлии к управлению (тәсарруф). Пример жизни отца – обладателя знаний, суфия, и это удивительное проишествие на кладбище зажгли в душе мальчика желание последовать по пути религии. А чудеса, подобные случаю на кладбище, сопровождали его в течение всей жизни...”.

Кто еще из Султановых проживал/проживает в Турции?

У переехавшего в Турцию Мехмета муллы Султанова были пятеро детей.

Дети:
Абдурахман
(1843-1913, родился в Ташкенте. Умер в Турции, Эскишехире), 
Али Мингаз (1880-1910, родился в Дагестане. Умер в Турции, Стамбуле), 
Xусаин (?), 
Xарис (?-1921, умер в Татарстане, Казани), 
Мунира (?). 
Внуки Мехмета муллы, упомянутые в начале статьи:
Сын Xариса хазрата – известный в Стамбуле как Казанский святой и воспитавший многочисленных учеников Абдулазиз Беккинэ. 
У родного брата Хариса – Хусаина были две дочери: Мушфикэ и Мунаввар. Сын Мушфики – один из официальных организаторов Общества распространения науки (İlim yayma cemiyeti) Умер Лутфи Таке
/Сын Мунаввар - Xарис Онджэл. Известный в Бурсе каллиграф, его дочь – каллиграф Саиме Онджэл.

К настоящему времени мне удалось набрать какое-то количество сведений относительно Султановых. На основе этих данных хочу отдельно остановиться на именах некоторых представителей Султановых и связанных с этим родом людей.

«Что, болит душа, татарка?»

Фархунда и Саиме Онджел. Известная каллиграф Саиме ханум Онджел, проживающая в турецком городе Бурса, тоже из рода Султановых. Вместе со своей сестрой Фархундой она продолжает дело отца Мехмета Хариса Онджел в каллиграфическом ателье на историческом месте в центре города – рынке Тозхан. Как рассказала Саиме ханум, они из рода Султановых, которые в 1870-95 годах были вынуждены переехать из Казани в Турцию. И именно эта женщина, кажется, подтвердила, что Абдулгазиз Беккинэ был тем, кто реализовал идею Общества распростарнения науки. Вот что она сказала: “Моя бабушка и Абдулгазиз Беккинэ – двоюродные, мы здесь говорим кузены. Отец виделся с сыном дяди Абдулгазиза - Мехмутом. В Турции Беккинэ был первым человеком тариката, который сказал: “Сначала изучайте знания, затем – религию”. В Турции до него такого не говорил никто. Всегда говорят – изучайте религию. Но ведь и знания нужны. Папа говорил: “Без знаний религия – хромая, а без религии знания – слепые”. Человек не верующий в Аллаха не может понять науку. Не сможет найти ответы на многие вопросы. По сути, если посмотрим в мировом масштабе, только наши предки в Волжской Булгарии пришли в ислам через знания, через изучение религии. И посредством знаний они и призывали к исламу”.

По словам Саиме ханум, о семье ей известно преимущественно то, что происходило после их переезда в Турцию. Кем они были до этого в России, как жили, об этом взрослые никогда не рассказывали, боялись. Поэтому воспоминаний мало. Но родители своим детям всегда говорили, что они татары. “У нас хранится реликвия предков – Коран. Это Коран моей прабабушки со стороны отца. Бабушка родилась в Казани, насколько знаю, ее в Турцию отец привез в трехлетнем возрасте. Взрослые объясняли, что в Казани к ним пришли русские военные. Они били люстры в доме, бабушка тогда очень возмущалась. «Возьмите себе, повесьте дома. Не разбивайте». Тогда ей сказали: «Что, болит душа, татарка?». И дальше били, крушили все. Приехав в Турцию, они скрыли, кем являются. Говорили, что сбежали от трудностей, боялись рассказывать».

Управляющий термальным источником

Прочитать текст на обложке Корана помог доктор филологии Фарит абый Яхин. “Калям-Шариф. Мосхафе-шариф, балидаи Казанда табигъ Вячиславта, Лаеш мосафате Максабашы карьясенен Мухамматзариф бине Ахметжан ихражаты иля 1301 сане Мухаррям аүвалендэ ибтида кылынды. Басмасына изэн вирелде Санкт-Петербурхта 28 нче апрельдэ 1883 нче санэдэ (Этот сборник напечатан в Казани в типографии Вячеслава Мухаммадзарифом бин Ахметджаном (или под ведением) в 1301 году Хиджри начале месяца Мухаррам. Разрешение на печать дано в Санкт-Петербурге 28 апреля 1883 года (по юлианскому календарю)”. После многократных разговоров с Саимой ханум, при более глубоком рассмотрении ее родословной выяснилось, что Коран принадлежал мулле Мехмету Султанову, он же его привез в Турцию.

В семейном древе Мехмета (Мухаммеда) муллы местом его рождения указан Узбекистан, город Ташкент. Я попыталась узнать у Саиме ханум, как мулла был связан с Ташкентом, она ответила, что припоминает, что взрослые что-то об этом говорили, но ничего конкретного вспомнить не смогла.

Камиль Абдюш. В районе Тузла в Стамбуле есть удивительное место, с которым связаны множество исторических событий и известных имен. Здесь бьет единственный в городе термальный источник. Сохранилось очень много тюркоязычных записей, рассказывающих, как люди веками лечились водой из этого родника. Например, Авлия Челеби в своих путевых заметках подробно описывает, как каждый год в июле здесь собирались несколько сотен человек со всего Стамбула и других регионов и после лечения водой, с помощью Аллаха, избавлялись от многих болезней. Есть также предания о том, что солдаты Османской армии оставили у источника полностью изможденных и больных коней, и на обратном пути были поражены тем, что животные выздоровели.

После образования Турецкой Республики у целебного источника начинается новая история. Ататюрк уделяет особое внимание сфере здравоохранения, поэтому была поставлена задача структурировать сферу добычи целебных вод для обслуживания медицинского туризма. Термальные воды были тщательно исследованы, полезные их свойства научно доказаны. 10 декабря 1926 года вышло официальное письмо министерства торговли Турецкой Республики, которое было составлено на основе решения Кабинета министров и подписано Ататюрком. В письме говорилось, что право пользования минеральными термальными источниками передается Камилю Абдюшу: “Камилю бею дано право 77 лет использовать воды источника Тузла”.


Источник: yandex.ru/maps


В 1927 году было создано Турецкое анонимное предприятие “Минеральные питьевые воды Тузла” с капиталом 100 тысяч лир. Учредители компании – четыре доктора и один бизнесмен. Это врачи Ататюрка Мехмет Камиль, Акил Мухтар, Нешет Омер, Хикмет и бизнесмен Камиль Абдюш. В 1929 году компания по розничной продаже этих целебных минеральных вод также была отдана Камилю эфенди. В 1930-1934 годах здесь была построена гостиница “Grand Hotel”, высажены три тысячи деревьев. Место становится одним из значимых оздоровительных центров Турции. Известно, что сюда часто приезжал первый президент Турции Кемаль Ататюрк, комната, где он останавливался, сейчас используется в качестве музея. Предприятие успешно работало до 1970-х годов, однако после смерти Камиля Абдюша оно пришло в упадок. Шестнадцать наследников так и не сумели продолжить дело предка, и до 90-х годов прошлого столетия бизнес на основе термальных источников Тузла практически прекратился.



В 1990 году в бизнес пришли другие владельцы - половина предприятия была куплена у наследников Камиля Абдюша. Сегодня отель, предлагающий многие направления лечения, продолжает работать. Озеро в районе Тузлы, из которого в свое время добывали соль, носит название “Озеро Камиля Абдюша”, так как оно тоже было передано во владение Камилю эфенди. Но наследники не смогли на должном уровне управлять этими ресурсами, поэтому озеро было возвращено государству. Известно, что вокруг озера планируется возвести современную инфраструктуру.



А теперь о том, кто же это Камиль Абдюш и какое он имеет отношение к роду Султановых? Камиль эфенди Абдюш – сын выходца из Казани Исмагила хаджи и Муниры Абдюш. Мунира – дочь Мехмета муллы Султанова. Значит мы сейчас как минимум можем сказать, что в Стамбуле есть озеро, которое носит имя татарина... Это озеро знакомо жителям Стамбула как излюбленное место остановки разнообразных перелетных птиц. 

Первый турецкий нефтяник

Жена Кемаля Лукмана Сабахат ханум и ее брат Хильми Зия Улькен. Фамилию Султанов я встретила также и во время сбора материала для повести о первом нефтяном инженере Турции Кемале Лукмане. Он был знаком с такими знаменитыми эмигрантами из татар, как Садри Максуди, Гаяз Исхаки, Сания Гыйффэт, Ахмет Тимер. В свое время Исхаки видел в Кемале Лукмане будущего руководителя татарского общества. Но в тот время законы страны запрещали госслужащим руководить общественными организациями, Кемаль Лукман, как ведущий государственный специалист в области нефтедобычи, понимает, что не сможет возглавлять общественно-политические дела, и будет более полезен организации в качестве помощника, поэтому он отказывается от предложения возглавить общество. Но я хотела бы здесь упомянуть о супруге этого человека – Сабахат ханум.

Она считается одной из первых женщин-преподавателей в Турции, это родная сестра знаменитого философа, профессора социологии Хильми Зия Улькена (1901-1974). Их мама – татарка Мушфикэ – внучка Карима хазрата (1805-1865). Это становится ясно из некрологов Кемаля Лукмана и Сабахат ханум.

В ряде статей на турецком языке упоминается о родственных отношениях Абдулгазиза Беккинэ с Сабахат ханум и профессором Хильми Зия Улькеном. Но после ознакомления с родословным этой семьи я выяснила, что они – внуки другого знаменитого казанского татарина Карима хазрата. И как же связаны эти два рода? Связь идет со стороны матери Абдулгазиза Беккинэ. Упоминание об этом имеется в книге Ахмеда Ерсоза “Абдулгазиз Веккинэ хезретлери”. “С Хильми Зия Улькеном были родственники. Они были близки наподобие детей сестер”. Если это так, значит матери Абдулгазиза и Хильми Зии – Фатма и Мушфикэ должны быть сестрами. Хоть мне удалось выяснить, что Мушфикэ – представительница рода Карима хазрата, пока не нашла точных данных о фамилии и происхождении Фатмы.

Приемник Гаяза Исхаки 

Межит Сакмар и его жена Алия ханум. Албай Межит Сакмар (1888-1978) – казанский татарин, родился в деревне Сакмар. В 1905 переезжает в Стамбул, участвует в Первой мировой войне, Балканской войне Османской империи, в войне за независимость Турции. Один из основателей воздушной части турецкой армии, советник Воздушных сил. С 1954 года до своей смерти – руководитель “Национального центра “Идель-Урал”. Известно, что Мажит Сакмар и его жена Алия ханум вместе с политиком и писателем Гаязом Исхаки участвовали в собраниях. Об этом можно прочитать из воспоминаний Али Акыша. Кроме того, после кончины Гаяза Исхаки татары собираются в доме Мажита Сакмара и принимают важные для организации решения. На собрании 12 августа 1954 года Мажит Сакмар избирается руководителем общества, а Кемаль Лукман - его помощником.

Кто же эта Алия ханум (1902-1978), которая вместе с мужем ходила на национальные собрания? Алия – дочь Мингаза Султанова, сына Мехмета муллы Султанова.

Как потомки забывали о татарах

На примере рода Мехмета муллы видно, что дети и внуки татарских эмигрантов – религиозных деятелей сохраняют татарскую идентичность, это отражается даже в том, что они строят семьи с детьми других татарских эмигрантов. Значит, представители духовенства и их дети, внуки поддерживали связи с друг другом. По крайней мере, первые три поколения эмигрантов. Но все же с годами большинство представителей этих семей все больше отдалялись от татарского, даже имена, кажется, становились более турецкими. Не заметна их активность в событиях, мероприятиях, касающихся жизни татар Стамбула. Конечно, это пока лишь одно наблюдение. Лучше станет известно, когда знакомство с продолжателями рода будет продолжено.

Бесспорно, Турция со своей политической и общественной системой, революциями, противоречивыми событиями в истории повлияла на судьбу переселенцев. А если бы упомянутые в статье Мехмет, Карим, Исмагил хазраты остались у себя на родине, в России? Судьба их детей висела бы на волоске. А Турция дала им жизнь. И энергия знаний и прогресса татарских династий нашла здесь себе место. Только очень жаль, что инициаторы, стоявшие во главе этих движений во имя знаний и прогресса - для турков уже как забытые, оставшиеся в прошлом страницы... А татарам большинство этих личностей совсем неизвестны.

Айзирэк Гараева-Акчура