В чем главная национальная черта татарского эпоса?

Доктор филологических наук, главный научный сотрудник ИЯЛИ им. Г. Ибрагимова Лилия Мухаметзянова в своей колонке, написанной для «Миллиард.Татар», рассказывает об особенностях эпоса поволжских татар, предпочитавших его «письменный вариант», о влиянии оседлости татар на эту традицию и о дастанах как фундаменте их книжной культуры.

Певец запоминал не связный текст, а сюжетную канву

Дастан – самый крупный эпический жанр в фольклоре тюркоязычных народов, в том числе татар. Он включает в себя произведения, создающие этническую картину мира о прошлом в архаико-мифологическом, историко-героическом или романтическом планах, изображающие захватывающие истории, которые связаны с мистическими и природными силами, внешними и внутренними врагами, а также с любовными драмами. В фольклоре ряда восточных и тюркоязычных народов эпос или дастан издавна играл роль катализатора и кода-определителя, отражающего уровень развития эпического фольклора в целом.

Певцы-импровизаторы (чичан, сэсэн, жырау, акын, ашуг, жомакши, манасчи, олонхосут, кыссахан, кайчи, сказитель) были настоящими творцами, а не просто исполнителями. Певец запоминал не связный текст, а как бы сценарий, сюжетную канву, известную последовательность эпизодов и ситуаций, а также традиционные «общие места», эпические клише вроде богатырской скачки, описания битвы, похвалы оружию, коню, прощания героя с матерью, женой и т. п. Далее он, находясь в состоянии творческого подъема, создавал исполняемый им текст в процессе пения, варьировал его в соответствии с характером слушающей аудитории. В зависимости от звучания звуков исполнитель эпоса строил текст при помощи специального подбора слов. Взяв в основу сходство звуков, он добивался благозвучия и фонетической гармоничности своего выступления. Его творчеству сопутствовал музыкальный инструмент, обычно домбра. Подобное «живое» исполнение эпоса считается традиционным, в нем находят полное воплощение все три грани, характерные для народного эпоса – наличие акциональности (театральные действия), вербальности и эпического текста. Здесь также важно отметить обязательное присутствие аудитории, воспринимающей эпос из уст сказителя.

Творчество сказителя, доносящего эпос до народа – это одно из наследий дописьменной культуры. А записанный из уст сказителя текст – аутентично зафиксированное отражение эпического фольклора. Таковы в своей основе эпос хакасов, шорцев, якутов, алтайцев, казахов, узбеков, каракалпаков, азербайджанцев, киргизов, туркмен, крымских и сибирских татар, башкир, а также бурятов, монголов и др. народов. Довольно стабильное сохранение самых архаичных форм исполнения эпоса – это, возможно, результат долгого проживания в условиях кочевой жизни, сравнительно позднего прихода к земледелию, к городской культуре и письменной литературе, иногда и отдаленности от основного тюркского мира, находящегося под влиянием мусульманской культуры, которая интенсивно пропагандировала образованность и, следовательно, письменную культуру, что со временем вытесняло речитативное декламирование объемных текстов, создавая все условия для их письменного воплощения.

Татары Поволжья отдали предпочтение книжной разновидности эпоса, сибирские татары - устной

Территориальная, географическая разобщенность татар способствовала историческому формированию и развитию у разных этнических групп, компактно проживающих на разных территориях, тех или иных культурных традиций. Этот многовековой процесс хорошо прослеживается на примере развития татарского эпоса. В то время, когда татары Поволжья отдали предпочтение книжной разновидности, сибирские татары сказывали устные дастаны. Это неопровержимый факт, представляющий жанр эпоса в различных его разновидностях у одного и того же народа. Сравнительная активность у сибирских татар искусства сказительства в жанре дастан и использование народных приемов в создании и распространении эпоса – возможно, это влияние эпических традиций, более стабильно сохраненных у северных народов – алтайцев, шорцев, якутов, тывинцев, хакасов, бурятов и др., а также у казахов.

Традиционный тюркский эпос использовался в контексте определенного издревле известного обряда или случая. Например, известно исполнение «Манаса» и «Кобланды» перед киргизами и казахами, уходящими в поход, исполнение эпоса тувинцами и хакасами перед охотниками рода и племени, организованное в тайге и т.д. Что касается творчества поволжских татар, нельзя не заметить то, что с давних времен у них наблюдается отделенность эпоса от обрядов. Напевное исполнение большого произведения перед народом в связи с каким-либо обрядом или крупным событием у казанских татар, как у киргизов и казахов, к примеру, не было. Если обратиться к истории, во время подготовки к обороне Казани, например, нигде документально не зафиксировано напевное исполнение эпос-дастанов чичанами-сказителями. В связи с этими событиями, основываясь на сведениях историков, мы знаем, что в то время здесь было принято лишь играть музыку без словесного сопровождения. Этот факт напоминает о том, что уже в начале XVI века у казанских татар не пользовалась популярностью устная разновидность эпоса.

Оседлая жизнь и широкая сеть школ-медресе обеспечили возможность письменного творчества

Казанские татары – продолжатели традиций, сформировавшихся в Волжской Булгарии, позднее окрепших в составе Золотой Орды, затем Казанского ханства. В их быту, культуре достижения оседлых предшественников, разумеется, дали свои результаты. Традиции древних тюрков, попав на благодатную почву, успешно продолжали естественное развитие, так как для этого была крепкая основа, передающаяся из поколения в поколение, готовность, мастерство, способности и положительные влияния. Условия жизни привели к качественной трансформации у татар фольклорных традиций, восходящих к общетюркской культуре.

Формирование и закрепление книжной формы дастана в творчестве татар Поволжья является логическим продолжением письменных литературно-культурных процессов в целом. Условия оседлой жизни и широкая сеть школ-медресе обеспечили возможность письменного творчества, переписывания и распространения объемных текстов. Поощряющий грамотность и внедряющий уважение к книге ислам также оказал решающее влияние на эпическое творчество, способствуя распространению в сфере духовной культуры и быта народа книжной разновидности эпоса.

Бесспорно, дастан, обладающий определенной эстетикой, стихотворным исполнением, большим объемом, несущий в себе ту или иную идею, мог завоевать лишь подготовленную аудиторию и образованных читателей. Этот факт также не мог не повлиять на то, что предпочтение все более стало отдаваться письменно-книжному творчеству в эпосе, хотя при этом не забывались и фольклорные традиции. Есть случаи, когда характерный для эпоса кочевых тюрков речитатив в книжных дастанах выполняет свои прежние функции: стихотворная часть эпического текста напевно декламируется на дутаре и домбре. В некоторых редких источниках можно встретить обычай устного наговаривания кратких отрывков (сарына, тулгау, эпической песни героя и др.) из крупных произведений.

Две основные темы книжных дастанов татарского народа

Книжные дастаны татарского народа являются не просто старинными татароязычными рукописями устно-поэтического творчества, но и определенным звеном в развитии эпоса, а также литературы и фольклора в целом, и легко вписываются в категорию «книжный эпос» в мировом фольклоре. В силу историко-культурных особенностей возникновения, функционирования, эволюции и трансформации татарский книжный эпос выступает связующим звеном между словесным (традиционным) эпосом и татарской письменной культурой в целом.

В ряду книжных дастанов можем назвать «Туляк китабы» (Книга о Туляке), «Буз егет» (Молодой парень), «Идегей», «Тахир-Зухра кыссасы», «Лейля-Маджнун», «Сайфульмулюк», «Хикаят о Нарыке и Чура-батыре», «Кахарман китабы» или «Кахарман Катил», «Кур углы», «Кыссаи Сякам», «Амат сын Гайсы» и др., которые распространены в народе в различных самостоятельных вариантах. Книжные дастаны татар представлены в виде рукописей или письменных изданий; своеобразно сохранив черты, характерные для произведений народного эпического творчества, в процессе переписывания они были подвергнуты просвещенными личностями некоторой переработке.


Фото: Ильнар Тухбатов


В отличие от «живого» устно-музыкального эпоса, эпические памятники, относящиеся к такой разновидности жанра, в полном объеме не исполнялись сказителями перед народом и не были записаны из уст как устные сказания, хотя поддерживали разносторонние связи с фольклором. Например, произведения на общеизвестные сюжеты, посвященные истории любви двух влюбленных, среди татар бытовали и в устной, и в письменной форме («Тахир и Зухра», «Лейля-Маджнун», «Йосыф китабы»). Среди книжных дастанов татар есть и осознанно переведенные конкретным автором в книжную форму, например «Идегей» в варианте Н. Исанбета. Есть напрямую проникшие в татарскую культуру из письменных источников и распространенные исключительно письменно в нескольких вариантах дастаны («Буз егет», «Кыссаи Сякам», «Кахарман Катил», «Амат сын Гайсы»).

Следует указать две основные темы книжных дастанов татарского народа: эпос героический, который стадиально вбирает в себя архаико-героические, историко-героические и религиозно-героические произведения, и социально-бытовой эпос романического характера, посвященный любовно-романтическим событиям.

Дастан ценен как обобщенная картина жизни предков

У татарского книжного дастана есть два источника: тюркские эпические традиции и литература Древнего Востока. То есть эпические сюжеты татарский народ осваивал из фольклора и литературы Древнего Востока, общетюркского эпического фольклора и вносил в них свои изменения. В результате возник удивительный локальный пласт, хронологически восходящий к глубоким корням, географически охватывающий неиссякаемое эпическое творчество и литературное наследие многих народов, связанных с татарами.

Татарский книжный дастан в первую очередь ценен в качестве стихотворно-изобразительной энциклопедии жизни народа, как обобщенная картина жизни предков. Эпизоды сюжета, образ мысли, стиль и язык татарских дастанов идут и от народа, и от книжной традиции, предлагают жанр эпоса в новой комбинации и в своеобразном миропонимании. Популярность в свое время книжных дастанов кроется в какой-то мере в отстранении народа от непосредственного изображения картин жизни того времени. Используя письменный эпический фольклор, обращаясь к готовому, издавна распространенному в народе сюжету, создавая и распространяя дастаны в новых вариантах, народ утолял жажду в литературном творчестве. Необыкновенная востребованность на определенном историческом этапе у татар книжных дастанов привела к широкому распространению в народе произведений такого рода. Но главная причина живучести книжных дастанов состоит в том, что в особо созданных условиях потребность народа была направлена именно к такому виду творчества как старинного и верного средства для воплощения и передачи своих творческих фантазий, эмоций, а главное – идей.

На жизнь татар книжные дастаны оказали огромное влияние, поднимая на новую ступень искусство книги и культуру книги, участвовали в развитии просвещения, исполняли роль общего культурного фактора в духовной жизни народа.