«Новый виток полемики»: Искандер Измайлов дискутирует с башкирскими социокультурными модельерами

Тема предстоящей переписи не перестает волновать историков и философов Татарстана и Башкирии.

Интервью кандидата философских наук Азата Бердина не оставило без внимания экспертное сообщество. Свое мнение по теме решил высказать и доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института археологии им. А.Х. Халикова АН РТ Искандер Измайлов. «Миллиард.татар» публикует материал с некоторыми сокращениями. 

 

«Это новый виток полемики» 

Всероссийская перепись перенесена на сентябрь и это факт сразу был отмечен всплеском полемической активности. Особенно отличились политики из соседнего братского Башкортостана. Полемическое выступление Азата Тагировича Бердина – члена экспертного совета Федерального агентства по делам национальностей РФ, директора Центра социокультурного моделирования по названием «О башкиризации татар и татаризации башкир. Должна ли власть иметь отношение к национальному вопросу?» / Пруфы. Свободная медиаплатформа Уфы. 2021-04-08 – это новый виток полемики. Подобной концентрации передержек, недомолвок и откровенной лжи еще не было. При этом автор ухитрился в обличительном задоре сделать столько саморазоблачительных заявлений, что это тянет на небольшой сеанс магии с ее последующим разоблачением. 


Азат Бердин. Фото: zen.yandex.ru/wearebashkorts


Без особой раскачки он сразу кидает тезис, переворачивающий наши представления о характере и сути переписей в XX веке в СССР и РФ. Судя по тону и дальнейшим разъяснениям, можно понять, что в Башкортостане перепись населения понимают, как некий вариант идеологической войны и национальной башкирской мобилизации. Отсюда военная лексика и неуемная задиристость. 

О бедных тептярах замолвите слово 

Начинает свою войну Азат Бердин кавалерийским рейдом по историческим тылам, утверждая, что в 1939 г. в татары были записаны мишари и тептяри (27 тыс.), о чем якобы «писал Р. Кузеев еще в 1959 г.». Не будем вспоминать о плебисците в двух уездах Уфимской губернии, которые должны были быть проведены по декрету о создании ТАССР в 1920 г., где большинство населения составляли татары, с чем вынужден был согласится даже В.И. Ленин. Включение в состав Татарстана двух уездов, действительно, увеличило бы численность татар в республике, поэтому верный своей ленинской логике вождь большевиков, сделал все, чтобы не дать этому свершиться. Как известно, этот плебисцит, так и не был проведен, но он ежедневно происходит вот уже на протяжении ста лет в умах и душах татар Запада и Северо-Запада Башкирии. 
Но все дело в риторике и пафосе этого публициста. С ученым видом знатока, он утверждает, что 27 тысяч тептярей «резко увеличили число татар» в 1927 году. Но где тут логика? Если 27 тысяч резко повысило число татар, то их должно было быть в республики сопоставимое количество. Но тогда непонятно откуда через 50 лет в 1979 году татар стало уже почти 940 тыс. чел. Какой-то фантастический рост татар в 9-10 раз! И это в условиях голода, раскулачивания, репрессий войн и прочих прелестей советского быта. Ясно, что татар было гораздо, в разы больше, а эти 27 тыс. тептярей были каплей в татарском море Запада Башкирии. 

«В начале XXI века башкирские власти попытались реанимировать это сословие, проводя агрессивную пропагандистскую кампанию»

Вообще проблема тептярей – это вопрос важный и интересный вопрос. Господин Бердин полагает, что судьбу тептярей решил один росчерк пера переписчиков. Он явно и жестоко ошибается. Очевидно, с ним злую шутку сыграло старое правило: чем меньше что-то знаешь, тем больше в этом уверен. Но если бы он чуть расширил свой образовательный горизонт и ознакомился с докторской диссертацией Р.И. Якупова, ставшей позже книгой с характерным названием «Тептяри. Историко-этнологические очерки», то ему бы открылась бездна премудрости. Например, такая. По переписи 1920 года к тептярям себя отнесли 237 тыс. чел., а вот уже в 1927 году таких стало уже 27,5 тыс. чел., а в 1939 году их стало статистически так мало, что их включили в состав татар. Характерно, что в начале XXI века башкирские власти попытались реанимировать это сословие, проводя агрессивную пропагандистскую кампанию, пытаясь внушить татарам, что они на самом деле являются тептярями. Но по результатам переписи получили нулевой результат. Конструирование нации имеет свои законы, которые не следуют начальственной логике и волюнтаризму. Невозможно, внушить даже под угрозой репрессий чуждую народу идентичность. 


Башкирские тептяри. Фото: zen.yandex.ru/media/etnofil​​​​


Правда в том, что по данным исследования Р. Якупова тептяри были реальной этносословной группой, в состав которых по данным В.М. Кабузана и У.Х. Рахматуллина, в XVIII веке входили татары, черемисы, мордва, вотяки. Авторы спорят о процентном соотношении разных народов, что для нашей дискуссии не так важно. Главное другое – этот осколок сословной монархии в эпоху модерна не мог сохраняться в таком виде, испытывая серьезное влияние формирующейся татарской нации. После краха империи Романовых в 1917 года и отмены сословных привилегий, это сословие потеряло к 1920 году более 100 тыс. чел., а к 1927 году, когда сословная принадлежность перестала быть актуальной в условиях разворачивающегося нациостроительства и коренизации системы администрирования и образования, она практически исчезла, став, по словам Р. Якупова, примером «энтропии социального самосознания». Тем самым, тептяри, как и башкиры, будучи этносословиями в империи Романовых, в составе Советского Союза претерпели разные судьбы – башкиры, получив республику, сумели преобразоваться в нацию, а вот другие конкурирующие сословия стали жертвой энтропии.

Судьба этих тептярей весьма показательна, но она не имеет никакого отношения к колебаниям численности татар и башкир во второй половине XX века. 

«Мидхат Шакиров сам был татарином»

А что имеет? Азат Бердин со всей большевистской прямотой отвечает на этот вопрос, констатируя, что «колебания в численности башкир и татар происходили постоянно, их соотношение в рамках небольшой амплитуды было примерно равным, ок. 23-24% населения БАССР для каждого народа Почему не 25%? При общей фальсификации откуда такая точность? Видимо, автору сказать, что четверть переписных листов из 1 млн. татар, извините за парафраз, «переписывается» переписчиками по указке республиканских властей – это уже явный перебор даже для него.

То есть, автор прямо признает, что при подсчете голосов происходят колебания численности наций, имеющие внедемографический и внестатистический характер. Попросту говоря, автор, ничтоже сумняшеся, признается, что в Башкирии регулярно происходят фальсификации результатов переписи. Кто заинтересован в организации демографических волн в БАССР и РБ? 

Республиканские власти во главе с М. Шакировым были прямо заинтересованы в увеличении процента башкир. Автор, в виду своей молодости, не жил при его правлении и знает о нем только по слухам или каким-то документам. Интересно, что он сам был татарином, и все его родственники до сих пор живут в Казани и издают книги о своем роде – старом татарском купеческом роде. Но он «прославился» тем, что проводил наиболее жесткую и варварскую политику башкиризации в западных регионах Башкирии. Не исключено, что она диктовалась ему из Москвы, заинтересованной в трениях между республиками. 

«Перепись 1989 г. прошла без давления сверху»

Принятая при молчаливом попустительстве советских властей «башкиризация» до предела накалила ситуацию в республике. Результаты проверки комиссии ЦК КПСС о ситуации в Башкирии вошли даже в доклад пленуму партии, как образец «национальных перегибов на местах». Но вопреки мнению г-на Бердина роль главного обвинения играли отнюдь не письма татарской общественности и даже (можете себе представить, не письмо великого и ужасного Дамира Исхакова), а то, что в своем начальственном раже и головокружении от успехов Шакиров покусился на самое святое для партии большевиков. Вот как об этом сказал в своем докладе тов. Е.К. Лигачев: «Ненормальное положение сложилось, в частности, в Башкирии, где сначала были ликвидированы школы с преподаванием на татарском языке, а затем не стало школ с обучение и на других местных языках. Теперь положение приходится поправлять». Расшифровывая это высказывание, можно сказать, что речь шла о том, что в БАССР стали закрывать русские школы. Вот этого ЦК КПСС стерпеть уже не могла. Закрывать татарские школы можно безнаказанно, но на «великий и могучий» посягать некому не позволено. Этот урок в Башкортостане, надо думать, выучили твердо.


Мидхата Шакиров. Источник: скриншот youtube.com


Генсек Михаил Горбачев снимает с должности Мидхата Шакирова и отправляет его на пенсию. После такой встряски новый партийный руководитель БАССР Р. Хабибуллин не стал усугублять ситуацию во время переписи 1989 г. и она прошла без давления сверху. Перепись показала, что число татар по сравнению с 1979 годом увеличилось на 16%, а процент башкирского наоборот уменьшился. В итоге доля татарского населения Башкортостана составила 28,4%. 

«Население с двойной этноидентичностью»

По мнению Азата Тагировича, этот «фантастический рост» был обеспечен партийным руководством. В действительности никакого «фантастического роста» не произошло. Для сравнения численность татарского населения в 1970 году увеличилась на 18,6%, а башкирского на 17,3%. Фактически в 1989 году произошло восполнение внезапного демографического провала 1979 года, когда произошло снижение численности татар. Иными словами, если бы не последствия и не продолжение политики «ползучей башкиризации», то численность татар в Башкортостане должна быть еще выше. И никакой «фантастики» в этом нет. Только голая статистика. И еще ужасающая безграмотность башкирских социокультурных модельеров.

Далее автор делает изящный кульбит, объясняя для чего собственно это интервью было записано. Он возвращается к набившей оскомину идее о двойной идентичности. Причем обставляет этот тезис таким образом, что башкир из Уфы был и остается башкиром, как и татарин из Казани, «а вот население, которое все этнографы, начиная с Р.Г. Кузеева, признают как население с двойной этноидентичностью – там подобные пертурбации с учетом партийных установок из Москвы, озвученных Егором Лигачевым, были неизбежны». 

«Голословно утверждают о наличи северо-западного диалекта башкирского языка на территории Татарстана» 

В продолжении темы языка автор пытается сделать бывшим татарский язык и его диалекты. Ссылаясь на диалектологический словарь башкирского филолога, он пытается постулировать факт существования северо-западного диалекта башкирского языка. Но, если это гипотеза, то чем менее весом факт, что в диалектологическом словаре татарского языка доказывается, что население Икско-Бельского междуречья говорило на диалекте татарского языка. Сам же автор дает детскую зарисовку тех мест, где все говорят на родном татарском языке, даже не подозревая, что это башкирский. Очень похоже на удивление одного парижского мещанина, недавно купившего себе дворянство и начавшего приобщаться к наукам и искусствам, что он регулярно говорит прозой. Действительно, «о сколько нам открытий чудных, готовит просвещенья дух»! 


Фото: thedifference.ru


Еще 1950-60-е годы знаменитый тюрколог, диалектолог Лейла Махмутова объездила весь Башкортостан, а лингвисты Джаудат Алмаз и Дария Рамазанова проводили экспедиции на северо-западе Башкирии. И все они убедительно доказали, что там проживают татары – носители мензелинского диалекта татарского языка и владеют литературным татарским языком и даже пишут на нем.

Более того, ряд башкирских ученых, например, Ахнеф Юлдашев, Нагим Ишбулатов и Талас Гарипов также утверждали, что этот говор, никак не может быть отнесен к башкирскому языку, что это татарский язык. Из всех башкирских лингвистов советского времени только Тагир Баишев и Сария Миржанова считали язык местного населения северо-западных районов Башкирии диалектом башкирского языка. Но их взгляды совсем не мейнстрим лингвистики, а неубедительная попытка ее политизации. Сегодня отнюдь не специалисты голословно утверждают, что наличие северо-западного диалекта башкирского языка на территории Татарстана, а как раз дилетанты и социальные модельеры. 

«Юлдашева прямо пишет, что в башкирском языке два основных диалекта»

Конечно, и на болоте растут цветы. Вот наш автор знает фамилии российских лингвистов и тюркологов: Анну Дыбо, Олега Мудрака и Юлию Норманскую, причисляя их к сторонникам своего лингвистического мародерства. Хотелось бы только в связи с тем, что автор настолько заврался, что уже давно не видит краев и берегов. Но позвольте не поверить ему на слово и потребовать указать, где и в каких трудах эти авторы признали татарский язык диалектом башкирского языка. Я, лично зная этих тюркологов, и ни разу не слышал от них подобного бреда. Но может быть, что-то такое случилось недавно. Не уверен, но очень хотелось доказательств, а голословных утверждений. В этой связи, следует вспомнить действительно фундаментальный энциклопедический научный труд «Тюркские языки» под редакцией члена-корреспондента РАН Э.Р. Тенишева. В нем в статье А.А. Юлдашева прямо пишется, что в башкирском языке два основным диалекта – восточный (куваканский) и южный (юрматинский). В этой сугубо академической научной статей нет не только никаких указаний на северо-западный диалект, но и других подобных благоглупостей и несусветной дилетантской чуши, которыми полны публицистические статьи иных социокультурных модельеров. Разумеется, башкирская тюркология с 1997 года убежала вперед семимильными шагами, но подозревая, что в сторону политической лингвистики, а не диалектологии. Поэтому башкирским филологам надо еще долго трудиться, чтобы изменить ситуацию и заставить научный мир принять их завиральные идеи. 

Ситуация с языком еще более анекдотична еще и в том, что г-н Бердин, а также все другие лингвисты от политики не понимают, что мы имеем дело не с разливанным морем диалектов, которые они могут нарезать кусочками или фигурками по своей приходи, как например, в какой-нибудь Новой Гвинее, где до определенного времени существовала некая tabula rasa – чистая доска, которую изучали языковеды, определяя языковую и диалектную принадлежность. В Волго-Уральском регионе требуется настоящая неглиже с отвагою, чтобы взять на себя смелость их произвольно трактовать. Слишком хорошо изучены все тонкости языка и нюансы диалектов, чтобы вольно перемешивать языки и их диалекты. Имеется давняя научная традиция, определенное научное нормотворчество и концептуальные подходы к лингвистическому материалу. В нем есть определение и койне, и литературному языку, и диалектам. Собственно, в этой связи следует подчеркнуть, что диалект – это форма реального существования языка, имеющего свое койне и литературный язык, а не оторванная и какая-то гомогенное и дискретное языковое сообщество, которое можно произвольно перемещать и подключать к любому другому языку. В характерной для башкирской науки политической лингвистики можно и русский язык назвать восточным диалектом украинского. Но, что в этом научного, кроме голого политиканства?

«Старобашкирский язык» 

Язык нации представляет собой особую целостную систему. Скажу банальность, что нельзя вырвать из системы какую-то часть и полагать, что это не отразится на всей конструкции. Прокламируя, что какая-то часть татарского языка на самом деле башкирская, вы должны разрушить всю систему типологии тюркских языков и предложить новую. На самом деле диалекты – это только форма существования национального языка в определенных территориальных рамках и иноязычном окружении, а сам национальный язык над диалектен и над- и интертерриториален. Высшей формой этого языка является литературный язык.


Фото: ural.tatar


Вот на него и нацелена основная атака. Какое-то время назад они сообразили, что, сколько ни говори о татарском как диалекте башкирского, ни по исторической глубине, ни по роли в культуре, они несравнимы. Но наши соседи, не мудрствуя лукаво, запросто объявляют в своей программе развития, что поволжский тюрки, который назван ими старобашкирским языком, является важной частью их культурным наследия. Это почти так, как если бы французы объявили латынь своим культурным наследием и старофранцузским языком, а себя потомками Римской империи. Нельзя сказать, что такие попытки не делались политиками, но мы все-таки речь ведем о науке. 

«Все прозрачно, как бутылочное стекло» 

Продолжая сеанс саморазоблачения, Азат Бердин прямо пишет, «что ошеломленная ею башкирская общественность рассматривала перепись 2002 года как вызов и повод для реванша. Была проведена большая разъяснительная работа среди населения, этническая мобилизация проводилась на государственном уровне. … позиции в соотношении башкир и татар вернулись, и даже с избытком». У кого-то еще остались сомнения в методах этой «избыточной» переписной активности, в которой первую скрипку играли социокультурные модельеры? Автор пытается что-то говорить об «этнической мобилизации» и «разъяснительной работе», но все прозрачно, как бутылочное стекло – главный ресурс, применённый Уфой, был обычным и простым, как наковальня, административным диктатом. 

Суть этих демографических колебаний можно описать старой немецкой пословицей: когда черт болел, то хотел стать монахом; когда черт здоров, то какой он, к черту, монах! Вот и руководство Башкирии, когда его поймали на горячем – на воинствующем национализме и давление на другие народы с помощью административно-политических механизмов – внезапно «заболели» и стали кроткими и тихими; но стоило им опять по воле Москвы войти в силу, так, какие, к черту, права человека и гражданина – не слышали. И как поддержка из Москвы слова академика В.А. Тишкова, что татарам надо давать по рукам, если они проводят агитацию и национальную мобилизацию.

«Забавная игра у башкирской интеллигенции» 

Используя подобные методы некоторые татары, а ныне башкиры «по Третьему лишь отделению», пытаются смоделировать ситуацию, оправдывая полную ассимиляцию татар в Башкортостане. При этом обвиняя самих татар в ведении идеологической кампании. Это такая забавная игра у башкирской интеллигенции. Они задирают татарскую общественность, которая до поры скрепя сердце, терпит их выходки, а потом, размазывает их по стенке научными и моральными аргументами. Тогда наши оппоненты начинаю ныть, апеллируя к тюркской солидарности, дружбе народов и прочей чепухе. На эту удочку попадаются некоторые татарские политологи, которые призывают быть выше этих обид, не раздражать башкирские власти и помнить о тюркском единстве, создавая дымовую завесу, призванную прикрыть политику ползучей башкиризации. Надо помнить, когда черт силен, какого резона он будет вспоминать о тюрках и взаимной солидарности, он будет действовать, как черт, а не монах.


Фото: ural.tatar


Но неужели кто-то считал, что татары согласятся отказаться от своих языка, культуры и памяти предков. Да никогда! В реальности такое социальное конструирование возможно было только в воспаленном сознании, но никак не в реальности. Поэтому политика этих манипуляторов имеет вид лисьего хвоста и волчьей пасти. Она заключается в том, чтобы убедить московские власти, что они восприняли урок Шакирова и не будут посягать на русский язык и права русского населения, а объектами давления считают только татар и другие народы региона. 

«Охота смертная, да участь горькая»

В целом, можно сказать, что как сам социокультурный модельер Бердин, так и другие любители языковых и демографических экспериментов, являются номиналистами. Они реально считают, что если всех татар Башкортостана записать в башкиры, а татарский язык переименовать соответственно в диалект башкирского, то проблема будет решена. Всем, кроме самих социальных манипуляторов. Пример с теми же тептярями. Они полагают, что исчезновение их было связано не с объективными причинами, а тем, что их в переписи назвали татарами. Но история показывает, что это совсем не так. Объективные этнологические законы в эпоху нациостроительства ведут к распаду средневековых сословных общин, которые включаются в состав формирующихся наций. Башкирская нация, которую Р.Г. Кузеев в ряде трудов называл «социалистической народностью», сравнительно молодая, которая не завершила периода формирования и желает стать больше не за счет привлекательности языка, культуры, а за счет культурного мародерства и административного диктата, выбрав объектом экспансии татар, волею истории, оказавшихся на сопредельной территории. Вот социкультурные модельеры и пытаются присвоить их, используя всю нехитрую социальную инжинерию.

Но все выходит так: «охота смертная, да участь горькая». Охота смертная избавиться от татар посредством их ползучей ассимиляции и прямого административного запрета именоваться «татарами», но участь горькая, поскольку их ждет полный провал и ничтожность их социокультурного моделирования. Сколько уже раз в полуторатысячелетней истории татар их пытались уничтожить, и тюрки, и Чингиз-хан, и Иван Грозный, – многие их терзали и давили, но татарская нация все пережила, все преодолела и превозмогла. И нет такой силы, которая бы сокрушила ее стойкость и силу духа. Единая и неделимая татарская нация была, есть и будет! 

Искандер Измайлов 
Мнение редакции может не совпадать с мнением автора