«По количеству эпиграфических памятников Высокогорский район занимает третье место в Татарстане»

«Иногда они единственные памятники истории и культуры, которые сохранились»

− Айдар Марсилевич, зачем изучают старинные надгробия?

− Во-первых, это ценные исторические источники, через которые мы узнаем, кому установлены памятники, когда тот или иной человек родился и умер, кто его отец и дед. Если надгробие поставлено женщине, можно узнать, кто был ее супругом. Иногда даже пишут имена детей, которые установили памятник родителям. Во-вторых, в деревнях надгробиям более ста лет, и иногда они единственные памятники истории и культуры, которые сохранились. В-третьих, они дают информацию о языке, культуре, быте, духовном и материальном развитии населения и т.д.

− Айдар Марсилевич, о чем Ваша новая книга? 

− Я начал издавать книги-каталоги по эпиграфике с 2016 года. Первая такая книга была посвящена памятникам Арского района. Каталог 2017 года посвящен памятникам Атнинского района. Мы стараемся каждый год изучать какой-то район. В рамках эпиграфической экспедиции сначала мы изучаем район целиком, потом мы обрабатываем материал и издаем книги. Также исследовали и Зеленодольский район. И следующий в промежутке между памятниками Казани стал Высокогорский район.

− Сколько велась работа над каталогом?

− После экспедиции я два года работал над этой книгой, переводил надгробные надписи. По традиции, пишу практически все книги на татарском, чтобы язык не исчез со временем, сначала сделал транслитерацию текстов надгробий, затем перевел их на современный татарский. Ну и работа была объемной – 492 страницы. С переводом на русский на это ушло бы много времени.

Исследование, начатое в 2019 году, заняло три года. В 2023 году книга уже была готова, но из-за отсутствия финансирования ее издание затянулось. Таким образом, книга пролежала три-четыре года, ожидая выхода в свет.

Это объемная работа, включающая практически все выявленные нами фотографии памятников. Исключение составили лишь снимки фрагментов памятников, где невозможно было разобрать имя усопшего и дату. Несмотря на это, книга содержит большое количество иллюстраций, что сделало ее издание весьма затратным.

Мы долго искали спонсоров, но безрезультатно. Недавно один мой хороший знакомый, увлеченный местной историей, предложил издать книгу за свой счет. Издание вышло небольшим тиражом в 100 экземпляров и в черно-белом исполнении.

«Высокогорский район очень богат историческими памятниками: здесь сохранились надгробия эпохи Золотой Орды конца XIII века»

− Чем интересен Высокогорский район? Какие там нам встречаются памятники? 

− Когда я работал над казанскими надгробиями, удивило то, что никто из специалистов их не изучал. Даже примыкающие к городу районы не были полностью исследованы! Поэтому мне пришлось изучать и издавать каталоги по кладбищам «Бишбалта», «Пороховое» и «Ново-Татарское». Затем решил уделить внимание памятникам Заказанья, ведь именно здесь их сосредоточено особенно много. Высокогорский район очень богат историческими памятниками: здесь сохранились надгробия эпохи Золотой Орды конца XIII века. Самое древнее из них, относящееся к 1281-1282 году, датируется по Хиджре (мусульманскому календарю), было обнаружено именно здесь, в селе Русский Урмат; позже его поместили в Музей-заповедник, расположенный в селе Камаево. Более ранних памятников у нас не сохранилось нигде: ни в Булгаре, ни в Биляре.

Мнения историков о ранних памятниках расходятся. Так, Гайнутдин Ахмеров упоминал находку плиты 1244 года, однако ученый Марсель Ахметзянов поставил эту датировку под сомнение. По его мнению, Ахмеров ошибся в интерпретации даты. Обнаруженное Фаридом Хакимзяновым надгробие 1271 года также вызывает сомнения, т.к. никто не знает где он сейчас находится. В свете этих фактов самым ранним, доказанным и сохранившимся памятником считается экземпляр 1281 года. Помимо этого, на территории Высокогорского района мы выявили памятник 1310-го года, который ныне до нас никто не изучал. Это в Большом Битамане.

− Почему именно в Высокогорском районе так много памятников?

− Исследования показали, что ценные находки расположены вблизи Казани, в районах, где находились владения татарских высокопоставленных лиц, военачальников, мурз, а также их семейные усыпальницы. Было обнаружено несколько десятков памятников, относящихся к эпохе Казанского ханства. Среди ранее неизученных – памятник в деревне Татарская Айша, установленный Джангази, сыну Таваккаля в 1542 году. Также были найдены памятники в деревнях Красна 1551 и 1519 годов. Один из памятников в Красне посвящен Камал, жене Мурадходжи. Второй памятник, к сожалению, поврежден, что сделало прочтение имени невозможным.

Следует отметить, что некоторые памятники были исследованы ранее, однако выявленные переводы имен оказались некорректными. Так, в селе Татарский Урмат памятник, установленный Кулчуре, сыну Галимардана, был ошибочно прочитан Гали Рахимом в 1920-х годах как «Кулжагда» хотя правильное прочтение – «Кулчура». В деревне Чемерцы Гарун Юсупов исследовал памятник Галимардану, сыну Миргали, однако позднее было установлено, что на самом деле имя его отца было «Гази», а не «Миргали».
Исторические исследования в этой области проводились такими видными учеными, как Шигабутдин Марджани и Гали Рахим. А в советское время значительный вклад внес Гарун Юсупов. После него исследованиями занимался Марсель Ахметзянов. Но практически все они фокусировались преимущественно на памятниках XIII-XVIII веков, оставляя без внимания XIX век и начало XX века.

«Мы фиксировали все арабографичные памятники, начиная с самых древних и до 1939 года включительно»

− Айдар Марсилевич, какие памятники известных личностей были обнаружены в этом районе?

− В селе Малый Сулабаш Высокогорского района мы выявили и изучили памятник известному богослову, педагогу и историку Хасан-Гате Габаши. Также в этой деревне обнаружен памятник его деду, Габидулле, чье имя, сокращенно произносимое как Габаш, давшее начало фамилии Габаши. Вопреки некоторым исследованиям, его звали именно Габидулла, а не Губайдулла, что подтверждается записями на памятниках и в метрических книгах.

В деревне Чувашли найден памятник деду Галимджана Баруди – Ибнеямину сыну Гали, и прадеду – Гали сыну Кулмухаммеда. А в Малых Ковалях – его деду по материнской линии – Хабибулле сыну Мухаммадшарифа. Село Ибря стало местом обнаружения памятника деду Салиха Сайдашева по отцовской линии – Бикчантаю сыну Сайдаша. Эти памятники известным личностям ранее не изучались. В нашей книге мы впервые публикуем их тексты и фотографии.

− Получается, Вы первые, кто комплексно исследовали в районе? 

− Да, мы фиксировали все арабографичные памятники, начиная с самых древних и до 1939 года включительно. После этого периода мы уже не охватываем. Считается, что если прошло 100 лет, то такой памятник является археологическим объектом и его стоит обязательно учитывать.

Получается, что, если брать по возрасту, то памятники должны охватывать до 1926 года, но мы делаем с запасом и включаем также памятники тридцатых годов. Почему? Потому что если их не зафиксировать сейчас, они могут исчезнуть со временем. Есть риск, что через десять лет будущие исследователи могут их не найти, так как памятники тридцатых годов зачастую очень быстро разрушаются. Это связано с тем, что материал, из которого они сделаны, уже не такой прочный и устойчивый.

− Как проходила экспедиция в Высокогорском районе? 

− Весной 2019 года я и мой коллега Сайрус Хамидуллин за месяц посетили более 60 кладбищ. Мы уже знали, как нужно искать, был большой опыт, быстро находили объекты, убирали загрязнения, фотографировали и двигались дальше. Работали рано утром до обеда на одном кладбище, затем на другом и заканчивали под вечер. Начали работу в середине апреля, закончили в середине мая: побывали в 55 населенных пунктах, обнаружив 1235 памятников.

По количеству эпиграфических памятников Высокогорский район занимает третье место по районам – после Атнинского и Арского. В первом мы нашли – 1567, а во втором – 1288 памятников. Эпиграфисты из Национальной библиотеки РТ Раиф Марданов и Ирек Хадиев до нас изучали Атнинский район, но выявили 1477. А у нас получилось на девяносто больше, хотя мы предполагали, что найдем уже меньше. 

В Высокогорском районе памятников было больше, но многие исчезли или разрушены, в том числе еще в советское время. Например, ученый Марсель Ахметзянов изучал некоторые памятники, но мы в ходе экспедиции не нашли часть из них. Около деревни Хохлово нашли только один памятник, хотя тщательно искали, хотя когда-то их было 3. Аналогично, возле села Куркачи – памятники, которые описывали прошлые исследователи, исчезли, несмотря на их наличие в их трудах.

− В следующем году куда поедете, что будете исследовать?

− Во время многочисленных научных экспедиций нам удалось изучить более 6200 арабографичных эпиграфических памятников и представить все их тексты с переводами в различных изданиях. В прошлом году мы провели исследование Агрызского района. Поскольку этот район уже был изучен другими эпиграфистами, мы сосредоточились лишь на нескольких деревнях, чтобы избежать дублирования. Мы посетили шесть населенных пунктов, где исследовали наиболее древние памятники. В этом году мы еще точно не определились с районом для следующей экспедиции.

Справка

Гайнутдинов Айдар Марсилевич – кандидат филологических наук, старший научный сотрудник Института истории им. Ш.Марджани АН РТ. 

Подготовила: Алсу Хайруллина