«Это племя татар прославилось поножовщиной, которую оно устраивало промеж себя»

«Соркуктани-беги послала с тысячью людей на корабле в ту страну трех эмиров»

Их имя издревле было известно в мире. От них отделились многочисленные ветви. Все то племя состояло из 70 000 домов. Места их кочевий, стоянок и юртов были точно определены в отдельности по родам и ветвям вблизи границ областей Хитая. Их же основное обитание есть местность, называемая Буир-наур. Большую часть времени они были народом, повинующимся и платящим дань китайским императорам; постоянно некоторая часть из них восставала и бунтовала, и хитайские государи для противодействия им снаряжали войска и снова приводили их к повиновению. Они также враждовали и ссорились друг с другом, и долгие годы длилась война между этими племенами и происходили битвы. Говорят, что, когда племена татар, дурбан, салджиун и катакин объединились вместе, они все проживали по низовьям рек.

По слиянию этих рек образуется река Анкара-мурэн. Река эта чрезвычайно большая; на ней живет одно монгольское племя, которое называют усуту-мангун. Границы его расселения в настоящее время соприкасаются с... . Та река находится вблизи города по имени Кикас и в том месте, где она и река Кэм сливаются вместе. Город тот принадлежит к области киргизов. Утверждают, что эта река течет в одну область, по соседству с которой находится море. Повсюду там серебро. Имена этой области: Алафхин, Адутан, Мангу и Балаурнан. Говорят, что лошади их все пегие; каждая лошадь сильная, как четырехгодовалый верблюд; все инструменты и посуда из серебра. Много птиц.

Соркуктани-беги послала с тысячью людей на корабле в ту страну трех эмиров: Тунлик из племени карчукур, Бакджу из племени кара-тут и Мункур-Хитна из племени... с тысячью мужей. Они доставили к берегу много серебра, но положить его на корабль не смогли. Из того войска больше 300 человек не вернулись обратно, оставшиеся погибли от гнилости воздуха и от сырых испарений. Все три эмира возвратились благополучно и жили долго.

«В глубокой древности большую часть времени были покорителями и владыками большей части племен и областей»

Это племя татар прославилось поножовщиной, которую оно устраивало промеж себя по причине малой сговорчивости и по невежеству, бесцеремонно пуская в ход ножи и сабли, подобно курдам, шулам и франкам. В ту эпоху у них еще не было законов, которые существуют в настоящее время среди монголов; в их природе преобладали ненависть, гнев и зависть. Если бы при наличии их многочисленности они имели друг с другом единодушие, а не вражду, то другие народы из китайцев и прочих и вообще ни одна тварь не были бы в состоянии противостоять им. И тем не менее, при всей вражде и раздоре, кои царили в их среде, они уже в глубокой древности большую часть времени были покорителями и владыками большей части племен и областей, выдаваясь своим величием, могуществом и полным почетом.

Из-за их чрезвычайного величия и почетного положения другие тюркские роды, при всем различии их разрядов и названий, стали известны под их именем и все назывались татарами. И те различные роды полагали свое величие и достоинство в том, что себя относили к ним и стали известны под их именем, вроде того как в настоящее время, вследствие благоденствия Чингиз-хана и его рода, поскольку они суть монголы, разные тюркские племена, подобно джалаирам, татарам, ойратам, онгутам, кераитам, найманам, тангутам и прочим, из которых каждое имело определенное имя и специальное прозвище, – все они из-за самовосхваления называют себя тоже монголами, несмотря на то, что в древности они не признавали этого имени. Их теперешние потомки, таким образом, воображают, что они уже издревле относятся к имени монголов и именуются этим именем, – а это не так, ибо в древности монголы были лишь одним племенем из всей совокупности тюркских степных племен. Т.к. в отношении их была проявлена божественная милость в том смысле, что Чингиз-хан и его род происходят из племени монголов и от них возникло много ветвей, особенно со времени Алан-Гоа, около 300 лет тому назад возникла многочисленная ветвь, племена которой называются нирун и которые сделались почтенны и возвеличены, – то все стали известны как племена монгольские, хотя в то время другие племена не называли монголами.

«Происходящие из племени алчи-татар называются алчитай и алчин; из племени куин-татар»

Т.к. внешность, фигура, прозвание, язык, обычаи и манеры их были близки у одних с другими и хотя в древности они имели небольшое различие в языке и в обычаях, – ныне дошло до того, что монголами называют народы Хитая и Джурджэ, нангясов, уйгуров, кипчаков, туркмен, карлуков, калачей, всех пленных и таджикские народности, которые выросли в среде монголов. И эта совокупность народов для своего величия и достоинства признает полезным называть себя монголами. Перед этим, тоже вследствие силы и могущества татар, был такой же случай и по этой причине еще и поныне в областях Хитая, Хинда и Синда, в Чине и Мачине, в стране киргизов, келаров и башкир, в Дешт-и Кипчаке, в северных от него районах, у арабских племен, в Сирии, Египте и Марокко все тюркские племена называют татарами. Тех татарских племен, что известны и славны и каждое в отдельности имеет войско и своего государя, – шесть, идущих в таком порядке: татары-тутукулйут, татары-алчи, татары-чаган, татары-куин, татары-терат, татары-баркуй. Племя тутукулйут – самое уважаемое из татарских племен.

Есть такой обычай, что всякий человек, который происходит из этого племени, если он будет мужчина, его называют – тутукулитай, если же он будет женского пола, то называется – тутукуличин. Происходящие из племени алчи-татар называются алчитай и алчин; из племени куин-татар, – куитай и куичин, из племени терат – терати и тераучин. Хотя у этих племен было много сражений и стычек друг с другом и они были постоянно заняты убийствами, разорением и грабежом друг друга, однако случилось так, что между ними и монгольскими племенами тоже произошли распря и война.

«Вследствие этого между татарами и монголами возникла вражда и сыновьям Кабул-хана»

В этом положении татарские племена объединились вместе. Старые кровь и вражда между татарами и монголами произошли по следующей причине: во времена Кабул-хана, бывшего монгольским ханом, из рода которого происходит большинство племен кият, а монгольские племена нирун суть его двоюродные братья, а другие ветви монголов, из которых каждая еще до него были известны под своим особым именем и прозвищем, – все были его дядьями и дедами и все по родству и дружбе с ним считались его друзьями и союзниками, а в напастях и бедственных случаях они становились ему помощниками и защитниками, – в это время занемог некто по имени Сайн-тегин, брат Кара-Лику из племени кунгират, которая была женой Кабул-хана. Для лечения попросили у татар шамана по имени Чаркил-Нудуя. Он пошел и совершил камланье, но Сайн-тегин умер. Над шаманом учинили насилие и отослали домой.

После того старшие и младшие братья Сайн-тегина отправились и убили этого Чаркила шамана. Вследствие этого между татарами и монголами возникла вражда и сыновьям Кабул-хана, вследствие их побратимства и свойства с Сайн-тегином, по необходимости и нужде пришлось помогать его племени. По этой причине между ними и татарами возникла ссора, вражда и война, и они неоднократно сражались. С обеих сторон во всякое время, как находили удобный случай, они убивали друг друга и грабили. Долгие годы продолжались эти войны и распри. В начале событий татары, воспользовавшись удобным случаем, захватили Хамбакай-хана по той причине, которая будет объяснена в истории племенных ответвлений тайджиутов. Хамбакайхан же был из числа государей и вождей народа тайджиут, а происхождение последнего ведется от племянников Кабул-хана.

Вследствие того, что татары знали, что хитайский император был оскорблен Кабул-ханом, потому что последний убил его послов и дружинников, – как об этом будет рассказано в том повествовании, – что император имел злой умысел против Кабул-хана и монголов, которые все были его родственниками и были с ним заодно, что ненависть к ним глубоко запала в сердце императора, татары же были ему подвластны и подчинены ему, – они отправили к нему Хамбакай-хана. Да к тому же и сами имели к Хамбакай-хану старинную вражду и неприязнь, почему и решились на такую дерзость и непреклонность. Хитайский император приказал пригвоздить Хамбакай-хана железными гвоздями к «деревянному ослу». Хамбакай-хан сказал: «Меня взяли другие, а не ты; недостойно и непохвально будет и далеко от благородства так мерзко поступить со мною. Племена монгольские, которые все являются моими родственниками, постараются отомстить за меня тебе, и твоим владениям поэтому будет причинено беспокойство».

«В другой раз племена татарские, найдя подходящий случай, захватили старшего сына Кабул-хана»

Алтан-хан не послушал этих слов и пригвоздил Хамбакай-хана на «деревянном осле», отчего тот умер. Одному из его нукеров, по имени Булагачи, император разрешил вернуться домой. Тот принес монголам дурную весть о происшедшем. После этого Кутула-хан отправился с монгольским войском на войну с хитайским императором и разграбил его страну…

В другой раз племена татарские, найдя подходящий случай, захватили старшего сына Кабул-хана и предка племени киятюркин, Укин-Баркака, и отправили его к Алтан-хану, чтобы он его, пригвоздив к «деревянному ослу», убил. По этим причинам у монгольских племен вражда и ненависть к хитайскому императору увеличилась, и до времени Чингиз-хана они постоянно воевали друг с другом. С каждой стороны выходили на другую, убивали и грабили, пока в конце концов, как это рассказывается в повествовании о Чингиз-хане и его роде, Чингиз-хан не сделал кормом для своего меча все племена татар и хитайских императоров, всех сделал их слабыми и своими пленниками и всех их и ту сторону привел под свою власть и повиновение, как это видим воочию на сей день. Из всех сражений, которые во всякое время каждый из монгольских государей вел с вождями и царями татарскими, – некоторые могут быть упомянуты.
Одно таково. Один из татарских государей, по имени Матар, воевал с Кадан-бахадуром, сыном Кабул-хана. В первой же атаке Кадан-бахадур ударил копьем его и по седлу его коня, так что низверг его на землю вместе с конем. И хотя Матар был ранен, но не умер от этой раны, однако продолжительное время болел. Когда выздоровел, то опять вступил в войну. Кадан-бахадур вторично так поразил его копьем в спину, что оно прошло через спинной хребет, отчего Матар тут же умер; войско его стало добычей монголов...

«Узнавши об этом, Чингиз-хан, используя удобный случай, выступил в поход с окружавшим его войском»

Другое сражение такое, бывшее во время Чингиз-хана. Хотя последний и прежде того воевал с татарами, но однажды, найдя удобный случай, одержал над ними верх, множество из них перебил и полностью их разграбил. Это событие произошло так: некоторые татарские племена, вождем и царем которых был Муджин-Султу, вступили в войну с хитайским императором Алтан-ханом, не желая ему повиноваться. Китайский император снарядил войско и, поставив предводителем его великого эмира, по имени Чинсан, послал воевать с татарами; т.к. последние не имели силы сопротивляться хитаям, то устрашились и, отступив, обратились в бегство. Узнавши об этом, Чингиз-хан, используя удобный случай, выступил в поход с окружавшим его войском, ударил на них, побил множество татар и разграбил все, что они имели. Известно, что на той войне из числа захваченной добычи была серебряная колыбель, шитое золотом покрывало и разные другие блага, ибо в то время татарские племена были самые состоятельные и самые богатые из всех кочевников После этого события сын упомянутого Муджин-Султу, по имени Алак Удур, и его брат Кыркыр-тайши объединились с каждым племенем монгольского народа и с другими племенами, союзными монголам, и сражались вместе с Чингиз-ханом…

Когда всевышняя истина сделала Чингиз-хана могущественным и он победил имевшихся у него врагов вроде племен катакин, салджиут, тайджиут и дурбан, государя кераитов Он-хана, Таян-хана, государя найман, Кушлук-хана, государя меркит, Токта-беки и других враждовавших с ним, то татары, которые постоянно ходили на помощь и поддержку тех племен, ослабели; а т.к. они были убийцами и врагами Чингиз-хана и его отцов, то он повелел произвести всеобщее избиение татар и ни одного не оставлять в живых до того предела, который определен законом; чтобы женщин и детей также перебить, а беременным рассечь утробы, дабы совершенно их уничтожить, потому что они были основой мятежа и восстаний и истребили многих близких Чингиз-хану племен и родов. Ни одному творению не было возможности оказать покровительство тому племени или скрыть кого-нибудь из них, или даже нескольким из них, кои уцелели от истребления, обнаружиться и объявиться. Однако в начале державы Чингиз-хана и потом каждое из монгольских и немонгольских племен брали у татар себе и для своего рода девушек, а им давали своих.

«В конечном счете, после гнева Чингиз-хана на племя татар и уничтожения их, все же некоторое количество их осталось»

Чингиз-хан также взял от них девушек, ибо из числа его жен Есулун и Есукат были татарки; старший брат Чингиз-хана, Джочи-Касар, также высватал у них жену; многие эмиры тоже брали татарских девушек. По этой причине они скрыто попрятали некоторых татарских детей. Чингиз-хан передал одну тысячу татар Джочи-Касару, чтобы тот всех их перебил. Тот ради своей жены и из сострадания, которое оказывал обреченным, перебил из них 500, а 500 скрыл…

В конечном счете, после гнева Чингиз-хана на племя татар и уничтожения их, все же некоторое количество их осталось по разным углам, каждый по какой-нибудь причине; детей же, которых скрыли в ордах и в домах эмиров и их жен, происходивших из татарского племени, воспитали. От некоторых беременных татарских женщин, которые избежали смерти, родились дети; поэтому племя, в настоящее время считающееся татарским, – из их рода. Из этого народа, как во времена Чингиз-хана, так и после него, некоторые стали великими и уважаемыми эмирами и доверенными государства в ордах…

После того, вплоть до нынешнего дня, в каждой орде и в каждом улусе из них появлялись великие эмиры. Иной раз им давали девушек из рода Чингиз-хана и от них высватывали невест. В каждом улусе также существует из того племени много народа, который не стал эмирами, а присоединился к монгольскому войску; всякий из них знает, из какой ветви татар он происходит. Из числа татарских детей, которые в эпоху Чингиз-хана стали почтенными людьми и эмирами и которых воспитали он и его жены, был некто Кутуку-нойон, называвшийся также Шики-Кутуку.

«Из племени хойин-татар происходили: Самкар-нойон, конюший Хулагу-хана»

Обстоятельства его жизни были таковы. В то время как монголы разорили татарский народ, Чингиз-хан еще не имел детей, а у его старшей жены, Бортэ-фуджин, было желание иметь ребенка. Как-то раз Чингиз-хан неожиданно увидел упавшего на краю дороги ребенка, поднял его и прислал к Бортэ-фуджин со словами: «Так как ты постоянно желаешь иметь ребенка, то воспитай этого вместо своего дитяти и храни его». Жена Чингиз-хана воспитала его как родного сына, с полным почетом и честью, в своем семействе. Когда он вырос, его нарекли Ши-ки-Кутуку, а также называли Кутуку-нойоном; сам он называл Чингиз-хана – эчигэ, что означает отец, – а Бортэ-фуджин – тэ-рикун-экэ, что означает мать. Рассказывают, что когда Бортэ-фуджин скончалась, он бил руками по ее могиле и кричал: «О, моя добрая матушка!» и таким образом рыдал над ней. После Чингиз-хана он был в живых. Угедей-каан называл его старшим братом, и он сиживал с его сыновьями выше Менгу-каана; он был приближенным у детей Тулуй-хана и Соркуктани-беги и скончался во время смуты Арик-Буки. Из его сыновей один находится на службе великого каана. Кутуку-нойону было 82 года; он решал тяжбы по справедливости и много оказал помощи и благодеяний преступникам; он неоднократно повторял: «Не нужно, чтобы признавались из-за страха и испуга». Он говорил виновным: «Не бойся и говори правду!»... Были другие два мальчика, оба родные братья. У одного было имя Кули, а у другого – Кара-Мэнгэту-Ухэ; они были татары из племени тутукулйут. Две жены Чингиз-хана, которых он взял из народа татарского, Есулун и Есукат, поскольку принадлежали к той же кости, оказали милосердие тем двум мальчикам, выпросив их у Чингиз-хана. Тот подарил им этих детей. Оба мальчика стали стольниками в орде Есулун…

Из племени хойин-татар происходили: Самкар-нойон, конюший Хулагу-хана, а во время Абага-хана ставший почтенным и великим эмиром; Туган, Мулай и Куй- тай, отец Бука-курчи. Из племени нераит-татар в Иране не известно, чтобы кто-либо был почитаем и знаменит, но, несомненно, их много среди рядовых воинов. Но т.к. они не почитаемы и не знамениты, то о них не наводилось справок. Из племени алчи-татар в этом государстве тоже никого, кто бы был почтен, известен и был бы достоин записи. Однако в улусе Джочи-хана старшая жена сына Джочи, Бату, по имени Буракчин, была из племени алчи-татар; также из этого племени была супруга Тудай-Менгу, государя того же улуса, по имени Турэ-Кутлуг; из эмиров Бату из этого племени был старший эмир по имени Ит-Кара; из эмиров Менгу-Тимура, также государя того улуса, из того же племени был старший эмир по имени Бек-Тимур...».

Книга: История татар. Том I. Народы степной Евразии в древности
Источник: Рашид ад-дин о центральноазиатских татарах
Материал подготовил Булат Хамидуллин