«В XII–XIII веках волжские булгары использовали уже романские мечи с узким клинком и новыми типами гарды»

«Появление сабли у болгар относится, скорее всего, к VII в., а в VIII–IX вв»

Период Средневековья стал для населения Волжской Болгарии временем поиска новых видов и форм вооружения, формирования военной организации и выработки соответствующей тактики полевого боя и обороны. К сожалению, в наших знаниях о вооружении и военном деле болгар до сих пор остаются определенные пробелы, что во многом обусловлено состоянием источников. Точные и исчерпывающие данные о многочисленных войнах, походах и сражениях с участием болгар, особенностях их военной организации и тактики боя, несомненно, имевшиеся в болгарской письменной традиции, до нас не дошли. Все, что можно использовать для получения представления об этих вопросах, сохранилось в фрагментарном и несистемном виде только у арабо-персидских авторов и русском летописании, выборочно освещавших немногие события военно-политической истории Волжской Болгарии.

Естественно, что в большинстве случаев это делалось пристрастно и тенденциозно, а из существенных деталей многое опускалось как не заслуживающее внимания или трактовалось с искажением действительного положения дел. В этой связи огромное значение для нас приобретают археологические источники, эпитафийные памятники, изобразительные материалы, позволяющие судить о многих деталях вооружения и снаряжения болгарских воинов. Важное значение имеют также остатки фортификационных сооружений как отражение сложной военно-политической ситуации и мастерства болгарских строителей и военных техников.

Оружие ближнего боя. Сабли являлись наиболее распространенным у болгар видом рубяще-колющего оружия. Считается, что сабля – однолезвийный прямой или изогнутый клинок со скошенной в сторону лезвия рукоятью. Эффективность сабли как боевого оружия определяется таким сочетанием кривизны клинка и положением центра тяжести, при котором уменьшается угол резания и увеличивается сила удара. Появление сабли у болгар относится, скорее всего, к VII в., а в VIII–IX вв. она стала одним из основных видов наступательного оружия. Всего с территории Волжской Болгарии известно 22 экземпляра сабель и 35 металлических перекрестий от них, относящихся к X–XIII вв. Все болгарские экземпляры сабель можно разделить на основе изменения длины и кривизны клинка на два типа. Сабли 1-го типа характеризуются длиной 85–90 см и изгибом 1,5–3 см и относятся к X–XII вв. Сабли 2-го типа имеют длину более 90 см (чаще всего 93–110 см) и изгиб клинка 3–6 см и относятся к середине XII – началу XIII вв. Следовательно, развитие болгарских сабель идет в сторону увеличения длины, кривизны клинка, а также двулезвийного острия.

«Ее изгиб по отношению к оси клинка практически не изменился, но изменились ее детали»

Некоторой особенностью развития болгарских сабель является отсутствие клинков с широким и сильно изогнутым лезвием. Интересной группой клинков XIII в., происходящей с территории Болгарии, являются сабельные полосы с клеймами в виде надписей. Одна из них содержит плохо читаемую надпись в виде, скорее всего, куфических графем или подобных им знаков, а вторая – армянографическую надпись в окружении костыльных крестов. Р.М. Джанполадян интерпретировала ее как армянскую криптограмму. Важно отметить, что еще одна сабля с армянской надписью происходит из Приполярного Урала, которая была прочитана как имя мастера – «Хачатур».

Судя по историческим аналогиям, клинковая эпиграфика всегда играла роль меты качественного оружия и сакрального знака. Сами надписи содержали либо имя мастера (иногда становившееся именем семейной мастерской, переходящей из поколения в поколение), либо магическое охранительное заклятие, и то и другое имело (в силу особых чудодейственных связей мастера-кузнеца со сверхъестественными силами) благопожелательный и богохранимый характер. Обнаружение этих армянских производственных клейм в Болгарии свидетельствует о тесных связях Поволжья с Закавказьем и в какой-то мере подтверждает, наряду с другими данными, факт существования армянской колонии на болгарской территории уже в домонгольский период. Возможно, именно здесь производились качественные клинки, которые потом экспортировались в другие регионы, в частности на Северо-Восток Европы. Изменения сабельной полосы были вызваны увеличением значения кавалерийского боя, потребовавшего развития фехтовальных приемов. В связи с этим модифицируется рукоять сабли.

Ее изгиб по отношению к оси клинка практически не изменился, но изменились ее детали. Но более всего претерпели изменения гарды или перекрестия сабель. Набор перекрестий (всего их известно из Болгарии около 40 находок различных форм X–XIII вв.) наряду с традиционными типами (прямые с шариками на концах) включает в XIII в. новые экземпляры с изогнутыми вниз концами и длинными выступающими стержнями. Все это свидетельствует о постоянных конструктивных изменениях, ведущим направлением которых являлось стремление максимально приспособить их для более надежной защиты руки в условиях развития диапазона фехтовальных приемов и возросшего значения маневренного многоактного кавалерийского боя.

«Сабля в древнетатарской литературе и тюрко-монгольском фольклоре выступает как элемент вооружения знатных воинов»

К сожалению, состояние источников не позволяет в должной мере проанализировать место сабли в культуре средневекового населения Волжской Болгарии и социальный статус ее владельца. Тем не менее можно отметить, что сабля (как основное клинковое оружие) имела важнейшую знаковую функцию – она являлась символом оружия и атрибутом власти, а ее применение наделено особым сакральным смыслом. Недаром эльтебер Алмыш, угрожая противникам, говорит: «Кто будет мне противиться, того я поражу мечом». В ряду этих представлений о сакрализации клинкового оружия находятся традиционные прозвища, наделение клинков именами собственными.

Сабля в древнетатарской литературе и тюрко-монгольском фольклоре выступает как элемент вооружения знатных воинов. Меч – рубяще-колющее оружие с двулезвийным прямым клинком. В комплексе вооружения болгар он играл несколько меньшую роль, чем сабля, и появился в Болгарии в период активного функционирования Великого Волжского пути. Всего с территории Волжской Болгарии известно 15 целых мечей и их обломков, а также 4 наконечника от ножен, относящихся к каролингским и романским типам. Подавляющее большинство этих мечей довольно стандартны и различаются типами перекрестий.

Судя по ним, мечи из Болгарии относятся к каролингским типам. Практически на всех клинках, благодаря работам А.Н. Кирпичникова, удалось выявить клейма. В четырех случаях «ULFBERHT», в одном «LEUTFRIT» или «LEUTTLRIT» и в одном – восьмеркообразную петлю в окружении двух завитков. На оборотной стороне клинка также есть клейма. Обычно это знак из косой плетенки в окружении трех столбиков, а в одном – уникальный рисунок – бегущий зверь в окружении вертикальных столбиков. Все это позволило надежно установить, что все они были изготовлены в оружейных мастерских, существовавших в прирейнских городах империи Каролингов. Известно, что наиболее вариабельным элементом средневекового меча является рукоять. У каролингских мечей навершие служило своеобразным противовесом, уравновешивающим в руке длинный и широкий клинок, позволявший наносить удары с большой силой и интенсивностью.

«Огромную роль в появлении мечей, как и всего военно-культурного комплекса в Поволжье, сыграло становление Балтийско-Волжского пути»

Типология европейских мечевых гард была разработана на европейском материале Я. Петерсеном, а на древнерусском – А.Н. Кирпичниковым. С территории Болгарии известны мечи типов H, S и E. Наряду с клинками с территории Болгарии известны также бронзовые наконечники ножен мечей. Среди них есть прорезной экземпляр, украшенный в скандинавском стиле ELLING, а также наконечники конца X–XI вв. имеющие, видимо местные особенности в орнаментации, что говорит о развитии местных оружейных мастерских. Все мечи, найденные на территории Болгарии, хронологически можно разделить на две группы, из которых ранняя – «мелкоячеистые» мечи типа Е из Биляра и Балымера. распространенные в IX – начале Х вв., – характеризует начало освоения этого оружия в Поволжье, а поздняя (типы H, S и крупноячеистые E) датируется Х – началом XI вв. и объединяет все другие мечи из Биляра, Болгара и Центральной Болгарии, которые, судя по аналогиям из стран Балтийского региона и Руси, являлись редким и дорогим оружием и использовались в основном знатью и воинами-профессионалами. Картографирование находок каролингских мечей показало, что они сосредоточены в основном вокруг городов Болгара, Биляра, Балымера, городищ у сс. Старая Майна, Старые Нохраты и др.

Сопоставление этих находок, характеризующих качественное профессиональное оружие, с рядом других (умбоны от круглых щитов, широкие удлиненно-треугольные копья, шпоры, детали украшения узды и др.), а также монетными кладами позволило сделать вывод о неслучайном характере их связи. Болгарская дружина, начавшая применять мечи наряду с традиционными видами вооружения, была достаточно неоднородна по составу. Нет оснований связывать появление мечей только со скандинавами, хотя они сыграли, несомненно, ключевую роль в распространении этого оружия, особенно в начальный период истории Центральной и Восточной Европы – Руси, Венгрии, Польши, Пруссии и ряда других регионов, где викинги в качестве наемных воинов служили в войсках местных правителей.

Огромную роль в появлении мечей, как и всего военно-культурного комплекса в Поволжье, сыграло становление Балтийско-Волжского пути и тесные торговые связи Болгарии со странами циркумбалтийского региона. Скорее всего, носителем этого оружия был разноэтничный по происхождению слой воинов и купцов (видимо, изначально шведов по происхождению), чей быт был насыщен скандинавскими культурными элементами, которых арабские современники называли «русами». Присутствие этого торгово-дружинного слоя зафиксировал в своих записках Ибн Фадлан, который отметил целую колонию русов близ ставки правителя болгар. Вполне возможно, что со временем часть этих русов включалась в войско болгарских правителей в качестве наемных воинов. Новые виды вооружения, не известные у болгар в VIII–IX вв., демонстрируют распространение общеевропейских средств ведения вооруженной борьбы, характерных для раннефеодальных обществ.

«В XII–XIII вв. болгары, как установлено, использовали уже романские мечи с узким клинком и новыми типами гарды»

Показательно, что такая концентрация подобных социально престижных изделий близ раннегородских центров характерна и для Руси, и для Венгрии, и для ряда других стран в период становления государственности. Появление мечей у болгар свидетельствует о глубоких социальных сдвигах, происходивших в болгарском обществе в Х в., и формировании новых социальных и военных традиций, характерных для надэтничной дружинной культуры.

В XII–XIII вв. болгары, как установлено, использовали уже романские мечи с узким клинком и новыми типами гарды, которые были лучше приспособлены для конного боя, но они, судя по редким находкам, не играли важной роли в системе болгарского вооружения. Кинжалы и боевые ножи, как удалось выявить, среди предметов вооружения были у болгар дополнительным оружием тяжеловооруженных воинов. Они были двух типов – с длинным и нешироким лезвием и широким клиновидным лезвием. Первые появились примерно в XI в., а вторые – «классические кинжалы» – с конца XIII в. Подобные кинжалы весьма показательны для комплекса вооружения болгар, поскольку подобное оружие неизвестно у соседних финно-угорских народов, а у тюркских кочевников было довольно редким. Единственным регионом, где кинжалы также действительно получили широкое распространение, была Русь, у воинов которой они, по словам А.Н. Кирпичникова, «закономерно распространились лишь в эпоху утяжеления вооружения как средство поражения, бронированного противника в тесном бою».

Кроме того, видимо, традиционным оружием были длинные ножи (обычная длина 20–40 см), служившие универсальным походно-боевым снаряжением воина. Копье – колющее древковое оружие. Истоки их развития относятся еще к VIII–IX вв., когда появились основные их формы, а в домонгольский период происходит их дальнейшее совершенствование. Всего с территории Болгарии учтено 76 наконечников копий и их обломков. Копья представляют собой оружие для поражения противника на средней дистанции. Основной его функцией еще с эпохи древности была колющая. Особой группой копий, судя по размерам наконечников и древка (около 1,5 м), являлись метательные копья или дротики (по-русски они назывались сулицы, а в мусульманском мире – джериды) для поражения противника на расстоянии.

«Многие типы копий в этот период были усовершенствованы, что сделало их более эффективным оружием кавалерийского боя»

Конкретная ударно-колющая функция копья с необходимостью диктовала форму и размеры этого оружия. Судя по историческим и оружиеведческим параллелям, несмотря на все разнообразие типов наконечников копий, они оставались достаточно монофункциональными, а различия их по форме касались в значительной мере большей или меньшей специализированности ударно-колющего (граненые пики, узколезвийные копья) и унифицированности колюще-режущего (широколезвийные копья и рогатины) действия. Видимо, искания мастеров-оружейников на пути совершенствования и модификации форм и размеров копий в древности и Средневековье как раз были направлены на углубление и развитие этих двух тенденций. Определенную роль в разграничении типов копий на кавалерийские и пехотные играют данные о длине и толщине древка.

Судя по диаметру втулки, толщина древка пехотных копий увеличивалась (в XII–XIII вв. обычно 3–3,5, иногда 5 см), а длина, скорее всего, колебалась в пределах 1,5–3 м. При этом кавалерийские копья при толщине 2,5–3 см достигали длины 3,6 м. Все наконечники копий делятся на две хронологические группы. Для X–XI вв. были характерны пики и листовидные копья. Все они связаны своими истоками с предшествующим периодом истории болгар и имеют северокавказское происхождение. Новые формы, такие как широкие удлиненно-треугольные и асимметрично-ромбические с выступающей гранью, появились в связи с включением в состав болгарского войска контингентов русов и финно-угорских народов края. Значительная модернизация их становится заметна в XII–XIII вв., когда происходит наращивание количества и качественного разнообразия специализированных наконечников копий.

Многие типы копий в этот период были усовершенствованы, что сделало их более эффективным оружием кавалерийского боя. Общая тенденция этого периода – в преобладании узких вытянутых лезвий, усиленной шейки и утолщения втулки. Судя по количеству находок, наиболее популярным оружием этого спектра наконечников были шпилевидные четырехгранные пики (длиной лезвия до 21 см) и узколезвийные удлиненно-треугольные копья. Подобные наконечники копий явно предназначались для мощного таранного удара копьем, и появление их вызвано утяжелением защитного вооружения и выдвижением в качестве решающей силы на полях сражений конных рыцарских дружин. Эти же причины потребовали усовершенствования и пехотных копий. Переработав и отбросив архаичные формы, болгары остановились на трех типах копий: широких удлиненно-треугольных, удлиненно-листовидных и лавролистных рогатинах. Модификация этих универсальных копий позволяла воинам успешно бороться как против защищенного доспеха пехотинца, так и против всадника. Тогда же, очевидно, появляются также метательные копья, позволявшие пехоте поражать противника на расстоянии.

Продолжение следует

 
Автор: Измайлов И.Л
Источник: Археология Волго-Уралья. Том V. Средние века (VIII-начало XIII вв.)
Подготовил: Владислав Безменов

Фото на анонсе: из открытых источников ok.ru